Зелёная кровь. Собачий вальс

– Я и так замерзну насмерть, – Грей почесал за ухом. – У меня, кажется, блохи завелись. Кусаются. Оттаяли в тепле…

– Подумаешь, блохи! У всех блохи.

– У меня раньше не было.

Бродяга усмехнулся и толкнул Грея плечом. Он, похоже, считал, что прошлое Грея, его жизнь с людьми – скорее неудача, чем везение. Грей тоже так считал.

– Бродяжить привычка нужна, – сказал он печально. – Немного поживешь в квартире – и по улице холодно ходить, все чешется, устаешь…

– Зато тебя кормили, – заметил Бродяга. – Каждый день еду давали… с ума сойти!

– Кормили… Пока наш с мамой человек в больницу не уехал, даже хорошо кормили, я помню.

– Глупо. Одно дело – выгнали, а другое – сам ушел. Вот Лончар сбежал – теперь жалеет. Да, лишнего шага не ступи – зато жрать давали от пуза…

– Знаешь, я пойду, – сказал Грей, которому вдруг начал надоедать разговор. – Мне играть не хочется. Мне полежать хочется, а еще поесть.

– Приходи на рынок, – пригласил Бродяга. – Там одна жрать дает. Обрезки от курицы, кости, там, хрящи… 

– Мне не даст, – Грей вздохнул и почесал бок. – Ну, пока.

Бродяга пожал плечами и ушел. Грей постоял около касс, потом человеческие ноги устали стоять, и он сел на пол, думая, что в метро все-таки очень хорошо. Было бы чудесно остаться тут погреться, может быть, даже подремать, но контролерша, которая все присматривалась и присматривалась, в конце концов позвала из стеклянной будки жандарма.

Жандарм, от которого за версту несло пивом, соленой рыбой, чесноком и раздражением, круглый, упругий и розовый, подошел, брезгливо поджав нижнюю губу.

– Перевертыш, что ли? – спросил он у контролерши.

– Весь вестибюль псиной провонял, – начала контролерша так сварливо, что Грей подумал: «Будто я у нее изо рта кусок вытащил!» – Шляются тут! Гоняешь-гоняешь…

– Властям все равно, – равнодушно заметил жандарм, разглядывая Грея. – Дворняг отстреливать надо, а все это пущено на самотек – и вот, пожалуйста! Уже целые стаи бегают – пока кого-нибудь не порвут, спецкоманда не пошевелится… А ну пошел! – рявкнул он неожиданно и топнул на Грея ногой.

У Грея вздыбилась шерсть на загривке.

– Ты! – гавкнул он хрипло, сжав кулаки. – Тебя мало отстреливали с твоей мамашей! Ты от жратвы такой тупой или отроду?!

Жандарм побагровел, затрясся щеками и стал дергать кобуру с пистолетом.