Будни некроманта

Если в этот момент человека, сидящего на ее верхушке, не сдвинуть, пирамида будет менять обстоятельства и окультуривать пространство своими гранями еще долго. Точнее, определенный период – у каждой идеи он есть. Через определенный отрезок времени наступает момент, когда она размножается. И тогда…

Солнце медленно уходило за горизонт, день умирал, сменяясь сумерками. Снег на подоконнике мерцал фиолетовым.

– Она говорит, – обратился к некроманту Ваня, – что оракулы ихнего древнего Египта послали ее в будущее, дабы спасти человечество от зомби-апокалипсиса… или чего там?

Собрав кресло, девушка склонилась над Ансгаром.

– Очень рада вас видеть, – сказала она. – Мы ведь так и не познакомились с вами тогда.

Он смотрел на нее одним глазом – второй заплыл – и жалел, что не может второй раз предложить ей руку.

– Значит, – спросил он, – вы сами пошли когда-то в этот храм и позволили воткнуть в себя кинжал?

– Ну да, – она улыбнулась. – У меня ведь не было детей. Я хотела увидеть будущее и спасти потомков.

– Вот, – заметил Ваня, – она всегда так рассуждает.

– Дети были у моей сестры, – обернулась к нему Лиза. – Одиннадцать. Их потомки живут по всему свету. Надеюсь, каждый из них так же, как и я, готов принести себя в жертву, чтобы спасти будущее.

– Что-то мне слабо верится, – пробормотал Ваня, – что эти два гм… человека…

– В возможности Гитлера тоже мало кто верил, – напомнил Ансгар Фридрихович. – Однако он был тем самым верхом пирамиды и неплохо поработал над реальностью. Но скажи мне, Лиза, – почему именно ты?

Он отметил, что, говоря о Лизе как о живой, он называет ее «на «вы», а обращаясь к той Лизе, какой она стала сейчас ,– на «ты».

– Вы все слишком гуманны, – улыбнулась она, – а в данном случае требовались радикальные меры. Эти люди не послушали бы молитв.

Ансгар отвел взгляд.

– Что ты будешь делать с трупами? – спросил он.

– Закопаю их где-нибудь под Саратовом, – Лиза пожала плечами. – Где они должны быть. Я ведь на машине.

– Неплохо подходишь,– сказал Ваня с некоторой завистью. – За два года семь языков, машина…

Лиза встала.

– Ты причинила вред живым, – произнес некромант, закрыв глаза. – Согласно Кодексу, я должен тебя упокоить.