Будни некроманта

Удовлетворив теток краткими вежливыми ответами, Ансгар ушел от теток на лестницу, где скучал Ваня и тайком курила Глафира.

– Знаешь, – сказала она, – что бы я ни делала, я чувствую, как во Вселенной где-то происходит то же самое. Мне кажется, я даже это воочию вижу. Мне пришло что-то в голову – на ближайшей звезде вспышка, а где-то дальше взорвалась сверхновая, а еще дальше коллапсировала галактика. И так в обе стороны. Даже когда я ем, мне приходит в голову, что прием пищи – это всего лишь копия того процесса, что идет на всех уровнях бытия.

Провалившись один раз во времени, Глафира стала странной. Теперь и в ее жизни появилась вторая временная шкала. И девушка к ней еще не привыкла.

– Ты не представляешь, – ухмыльнулся Ансгар, – что происходит на моем уровне бытия, когда рядом встает покойник.

– А что?

– А ты не в курсе?

– Нет.

– Не знаю, может, у тебя и по-другому будет. У женщин вообще все по-другому. На любом уровне.

Глафира нахмурилась.

– Ты о чем это?

– Увидишь. Кстати, ты видела новую директиву? Мне вчера по рассылке пришла.

– Нет.

– С этого года вводятся новые нормы и правила составления контрактов.

– Какие? – незамедлительно спросил Ваня.

– Нам больше нельзя называть воскрешенных «воскрешенными». Это будет неуважение к церкви. Теперь мы вас должны называть, – он сделал паузу, – «экстраандедами». Такова директива, и она не обсуждается.

Ваня фыркнул.

– А почему «экстра»? Есть же приставки «гипер», «супер», «архи», в конце концов…

– Они подходят примерно в той же степени, – сказал доктор Мерц печально.

– Я тогда «гидросферный», – солидно сказал Ваня. – Подтип Заложные, класс Гидросферные.

– А те, кто был съеден, – «биосферные», – продолжила Глафира. – И переварен.

– Нет, те, кто был переварен, уже, к сожалению, несистемные, – с еще более глубоким сожалением поправил ее некромант.

– Да что вы говорите, Ансгар Фридрихович! – воскликнул Ваня. – Многие переваренные совершенно не меняются! Как были детритом, так и остались.

– Этот заложный гидросферный экстраандед, – Ансгар указал глазами на Ваню, – явно перечитал русских классиков.

– Неправда, это мои собственные мысли!

– Нашел чем гордиться.

– Да ну вас, – засмеялась Глафира. – С вами как-то слишком весело. И не покуришь.