Будни некроманта

*

– Вот он, – Ирика указала профессору на Ансгара с такой гордостью, словно сама его создала. – Какой простор для изучения!

– Моя дорогая, – профессор почесал пальцем седоватый висок и улыбнулся, – как я уже говорил вчера, еще не пришло время изучать то, что эти люди делают с нашим миром. Оборудование, которое позволило бы нам это сделать, появится только лет через пятьдесят. Вы, может быть, и доживете. Мы не можем сейчас регистрировать то, о чем догадываемся, но не видим своими несовершенными рецепторами, пригодными только для охоты и собирательства.

– Так может, – сощурилась девушка, – нам и не стоит этого знать?

– Может, – согласился профессор. – Вот спросите у доктора Мерца – как он работает? Что он чувствует? Он не сможет вам объяснить, потому что весь наш словарь ориентирован исключительно на вещи, с которыми имеет дело большинство людей, обладающих упомянутыми мной рецепторами.

Доктор Мерц кивнул. Он не смог бы объяснить. Он сейчас даже не смог бы говорить с профессором от имени доктора Мерца.

Он был Ансгаром, вдыхавшим запах травы, земли и распустившихся алых, с сизым налетом тюльпанов. Эти тюльпаны, городская площадь, здание пансионата «Затон», фонтан и начинающие зацветать вишни сейчас значили куда больше, чем во все предыдущие годы его жизни, и это было так естественно и в то же время так странно.

– Я не смогу вам объяснить, – сказал он внезапно, – и причины, по которым я не собираюсь заниматься расследованием. Я бы хотел соблюсти договоренность: меня вызвали поднять труп.

Теперь труп исчез, мне нечего здесь больше делать. В лучшем случае я могу пару дней подождать, пока труп найдут.

Ирика рассмеялась.

– Неужели ты боишься, Ансгар?

Он потом часто вспоминал этот момент. Он мог бы ответить утвердительно, и это было бы правдой. Он боялся. Правда, не за себя и ни за кого конкретно. За цветочным фасадом Загрызино, за всеми его домиками, палисадниками, фонтаном возле ратуши и парком аттракционов словно бы затаился некий договор: вы выращиваете цветы, гуляете, играете и живете, а мы вас не трогаем.

Но не пытайтесь поднять завесу. Не пытайтесь заглянуть в межвременное пространство, увидеть, какие колеса крутятся за стрелками ваших часов!

– А что, – поддавшись неожиданному импульсу, спросил доктор Мерц у профессора, – пропали только туристы?

– Исключительно! – профессор поднял палец. – Ни одного местного. И все пропали только за прошлую осень и нынешнюю весну.

«Туристы не знали о договоре. Вот почему».