Будни некроманта

– Интересно, – сказал Ваня, – а этот самый Мирослав – он действительно был таким обаятельным?

– Исходя из его жизнеописания – едва ли, – буркнул доктор. Он успел переодеться в черное и свободное, поэтому теперь ощущал себя менее гадко.

– Значит, ему досталась общительная душа…

– Чья бы она ни была, но чувство юмора у нее на пять с плюсом. Похоже, он знал, в кого вселяется. Ты спросил его про цепочку?

– Я к нему даже не пробился пока. Очень уж много желающих.

– Не забудь.

– Да не забуду, не забуду… Я пойду Гемму разыщу, ладно? А то у нее телефон не отвечает.

Гемма не отвечала, потому что принимала душ. Некоторое время Ваня стоял у нее в комнате, глядя на падающий снег за окном, и вдруг уже знакомая песня, еле слышная, долетела до его ушей:

Медленней, медленней

Вертится земля,

Будешь плакать

Так же, как и я.

Ваня шагнул вперед, чтобы в поле зрения попал двор, и увидел, что там никого нет. Там и не могло никого быть. Пансионат стоял пустой, в нем жили только участники встречи.

– Что увидел? – спросила Гемма, вытирая невозможно белым полотенцем невозможно черные волосы.

– Ты ничего не слышала? – спросил Ваня.

– Нет, а что?

– Ну, тогда, видимо, и я ничего не слышал…

– Давно ты работаешь на Мерца? – спросила она.

– Три года. Он меня летом нашел.

– Нашел?

– Ну да, – Ваня был рад поделиться обновленными воспоминаниями. – У него машина в грязи застряла на боковой дороге. Там никто не ездит почти. Он не знал, как ее вытащить, ходил вокруг, видит – попа в камышах.

Подцепил палкой за ремень, а это утопленник. Ну, я. Когда у него хорошее настроение, он говорит, что ему понравилось мое бесхитростное лицо. Но на самом деле у него выбора не было: я был единственным человеком на окрестные сто гектаров. А лица, они у всех утопленников бесхитростные. Их так раздувает, что никаких тайных мыслей не прочесть.

Ведьма от души хохотала, и Ваня чаще, чем хотелось бы, посматривал на ее смуглые плечи (ниже них ведьма была повязана полотенцем).

А ведь мертвец, укорял он себя. Но что было бы, стань ты живым…

– А обратно в живого не хочешь превратиться? – Гемма как будто прочла его мысли. А могла, подумал Ваня. С такими-то глазами.

Глаза Геммы вот уже второй день были для него удивительной загадкой. Миндалевидные, темные, возвращая лучи света, они становились мягко-янтарными, что являло такой захватывающий контраст с резким голосом хозяйки, что Ваня полагал его наваждением.