Перекресток пяти теней

В зале неоткуда было взяться ветру, но светлые в голубизну волосы чуть шевелились. Они казались очень легкими и мягкими, словно пух, но Женька не посмел бы прикоснуться, хотя желание становилось сильнее с каждым вздохом. — Одни сторожат собственные иллюзии и стараются не разрушать их неожиданной правдой, другие хранят чей-либо покой, третьи — себя; вы вот не позволяете разгромить данное заведение, за что следует вас поблагодарить.

— А вы? — спросил Женька, хотя еще недавно не собирался этого делать, неожиданно поняв, что ответ действительно очень для него важен.

— Смерть.

Он вздрогнул и немедленно вспомнил обладателя похожей улыбки: слегка грустной, немного ироничной или даже циничной. Голос был иным, но интонации неуловимо похожи.

— Страшно? — поинтересовалась она, подарив цепкий синий взгляд и качнув в руке коктейльный бокал с — кто бы сомневался? — блю кюрасао.

— Нет, — ответил Женька, ничуть не покривив душой. — Я, пожалуй, пошел бы за госпожой с косой, будь она похожа на вас.

Тишина в зале внезапно изменилась, стала звенящей и настороженной, а взгляд собеседницы — колючим.

— Не смешно, — отпив из бокала, она отставила его на стол и поморщилась так, словно попробовала нечто отвратительное, в раздражении побарабанила ногтями по столешнице и резко заявила: — Таким не шутят.

Тотчас же образ скучающей дамы рассыпался. Ее взгляд стал пристальным, под ним захотелось вытянуться во фрунт и начать оправдываться, однако Женька как-то сумел пересилить себя и промолчать. Освещение начало меркнуть, но она щелкнула пальцами и над столом зажглись магические светильники в виде фосфоресцирующих клубов газа.

Благодаря ним она показалась еще прекраснее и гораздо опаснее, чем раньше. Несуществующий ветер стал сильнее, и Женька, совершенно не отдавая себе в том отчета, машинально вцепился в амулет.

«И сомнительные комплементы я также не жалую», — прозвучало в голове, хотя ее губы не шевелились.

— Больше не повторится, — пообещал Женька, давя желание пуститься наутек. Она не являлась ведьмой, попросту не могла ею быть.

Развратницы пробуждали похоть — так было проще кормиться от людей, не убивая их и не вступая в противоборство с Орденом, — незнакомка же завораживала и пугала. Кровь воспламенялась не из-за вожделения, а чувства опасности, которое, тем не менее, хотелось продлить. — Что я могу для вас сделать?

Она одарила его долгим взглядом, прежде чем заявить:

— Ничего. Я хотела посмотреть на новое приобретение Некра и увидела достаточно. Можешь идти.