Перекресток пяти теней

Любой сверх жил дольше, чем среднестатистический человек, хотя бы потому лезть к нему со своими представлениями о правильном и неправильном не стоило. Возможно, мужчина, который скрывался за полупрозрачной тканью, прикрывавшей вход в ванную, когда-то являлся падишахом, имел собственный гарем и желал хотя бы на час воссоздать привычную обстановку. Неприемлемость рабства стали утверждать не столь уж и давно по меркам мировой истории.

За арочным проемом в конце короткого коридора притаились темно-синие сумерки.

«А ведь так и нервное истощение заработать недолго», — подумал Женька, тяжело вздохнув.

Ладно бы еще путь всегда являлся одним и тем же, но входя в один зал, Женька не имел ни малейшего понятия, куда попадет, выйдя из него. Создавалось впечатление, будто комнаты, коридоры, анфилады и прочие помещения тусовались, как карты в колоде, находясь в постоянном движении относительно друг друга.

Возможно, сверхам нравилось здесь, но Женькино ни в чем не провинившееся человеческое восприятие сбоило, страдало, просило пощады.

«Подумаешь, время то спешит, то притормаживает, а комната отдыха для персонала кочует по зданию со скоростью монголо-татарской орды. Главное, ты все равно попадаешь туда, куда нужно», — говорил он.

Наверное, Эду было виднее, но пока с каждым новым рабочим днем Женьке становилось тяжелее.

— Не спешите так, страж. Споткнетесь. И удачи не будет, а при вашей работе удача — главное, — вначале Женька услышал чарующий низковатый женский голос и только затем разглядел кому тот принадлежал.

Пожалуй, он не солгал бы, сказав, что никогда и никого не видел красивее. Освещение лишь подчеркивало цвет волос и глаз незнакомки.

Здесь не звучало музыки. Столики в уютных беседках с древесными розами были пусты, а единственная посетительница сидела за барной стойкой, накинув ногу на ногу и рассматривала его.

— Я действительно тороплюсь, — произнес Женька, тем не менее, останавливаясь.

— Вы противоречите сами себе, — заметила она.

— Но немного времени у меня все же найдется. Вы чего-то хотели? И почему назвали стражем?

Она повела плечиком и усмехнулась очень похоже на кого-то, но сейчас из головы совершенно вылетело, кого именно.

— Самое распространенное обращение, подходящее практически ко всем, — произнесла она задумчиво. Удивительные синие глаза излучали ледяное спокойствие, но блестели легкой заинтересованностью.