Перекресток пяти теней

— Никогда не постичь блаженства Небесного!

— Зачем мне Небеса? — усмехнулся Некр, поднимаясь. — И в Бездне есть спасение, — спина от неудобной позы затекла и стонала, живот скручивало от голода, зубы заострились, но единственное, что он позволил себе — кубок воды. Напившись, он подошел к кровати и улегся на ней, отвернувшись к стене.

Этой ночью сосед по камере попытался его убить, а утром он же встретил пробуждение Некра с поклоном и словами:

— Мой сиятельный господин.

— А как же твой милостивый бог? — фыркнул Некр, садясь на постели и обхватывая колени.

— Ни разу Он не являл мне Лика Своего, ты же…

Он же в последний раз чуть не прибил глупца. Отвратительное чувство, когда во сне тебя душат.

Послышался лязг металла — еще один смельчак все же решил рискнуть здоровьем и побеседовать с узником. Рыцари всегда проявляли безрассудность.

— Скройся с глаз, — велел Некр. Он не желал находиться рядом с этим человеком, которого так и подмывало обозвать гнидой, да кровососущую тварь обижать не хотелось.

С надсадным сипом отворился тяжелый засов, а затем в камеру вошел Роман.

— И на сколько же назначена казнь? — не скрывая ехидства в голосе, поинтересовался Некр вместо приветствия, полоснув по нему холодным взглядом, лишенным любых эмоций, даже презрения.

Тот не ответил, подошел вплотную, ухватил за плечи, легко ставя на ноги.

— И позволь узнать, для чего вы затеяли эту комедию? — кивнув в сторону безумца, поинтересовался Некр. — Пытались лишний раз убедить в скотстве людской природы? Так я тому давно не удивляюсь.

— Человечество… — начал Роман.

— Навоз!.. — прошипел Некр, но, взяв себя в руки, все же добавил: — В котором, однако, находятся жемчужины.

— Сиятельный господин мой… — донеслось из угла.

— Явно не такие, — сплюнув прямо на пол, сказал Некр. — На который же час назначена казнь?

Роман вздохнул:

— Это недоразумение, Некр. Кто-то случайно…

— Оставь!

Роман вернул ему перстень с аметистом и знак Гильдии — серебряного змея, кусающего собственный хвост, — символ вечности, возрождения и потустороннего.

— Даже так? — Некр приподнял бровь и скептически фыркнул. — Я свободен? Неужели? В Ордене кто-то сдох?

— Ты способен принести немало пользы этому миру, — сказал Роман, наверняка, повторял с чьих-то слов.