Перекресток пяти теней

Они могут убивать насильников и убийц, но никогда не скажут, будто все люди плохи и недостойны защиты. И устраивать войны или голод они не станут тоже. Некроманты никогда не предают своих коллег и тех, кого отнесли к кругу близких, даже если это человечки, а еще патологически правдивы. Метаморфы всегда будут стоять на страже звериных, кровожадных сил, но у них уже не все столь однозначно, на то они и живые: легко проявляют агрессию, часто сходят с ума, поддаются манипуляции и обману, хотя чуют ложь.

С колдуньем и ведьмами — еще сложнее. Они бывают разными: злыми и добрыми. Теми, кто помогает за вознаграждение и творит кровавые ритуалы, продлевая молодость и жизнь. Библиотекари тоже случаются темными.

Умение расположить к себе собеседника и убедить в собственной правоте — сильнейшее оружие и искушение, с которым мало что способно сравниться. Библиотекари обожают тайны и интриги, а еще — различные теории, которые они пробуют воплотить в жизнь. Именно они берутся за создание идеального человека и общества, выдумывают новые культы, развязывают самые кровопролитные войны и насаждают идеи.

Если народ внезапно снимается с места и уходит искать нового пристанища, в том, скорее всего, виноват библиотекарь. Если племя воспылало верой в нового божка и начинает приносить ему кровавые жертвы, истязая соседей — тоже он. Идеальные манипуляторы, крутящие людьми и сверхами, как им вздумается — очень неприятные существа, коих раньше или чуть позднее все остальные кланы, собравшись вместе, ставят на место.

Однако иногда играть в демиургов им надоедает, и какой-нибудь библиотекарь берется за свое обожествление — как понимает это сам, то есть стремится устранить магическую импотенцию.

Если какой закон и всеобъемлющ для всего мироздания, то это — сохранение энергий и состояния. Стоит библиотекарю начать постигать магию, и его способность убеждать пропадает. При этом сила библиотекаря очень агрессивна, а когда входит в противоборство с мощью природной и потусторонней… лучше извержение вулкана, честное слово.

Внутри Ромуана поселилась неизлечимая болезнь. Через три года он уже не столь резво бегал и вскакивал в седло. Когда он однажды, резко поднявшись, вскрикнул, Алъэксий пришел к Некру. А тот, если и сумел помочь, то немного. Он знал, как отсрочить переход за Грань даже у смертельно раненного или больного. Некроманты умеют договариваться с Госпожой как никто, но не в этом случае.