Пантеон

Особенно в вас, мисс Хесс. Протекторат и СКП готовы пойти на многое, чтобы спасти детские жизни, так неосторожно брошенные на рельсы ситуации с паралюдьми. Вам ли не знать о том, насколько щедра наша рука и велико наше терпение. Однако, то, что вы сделали — это не простительно ни в какой из возможных мер. И это сделали вы, будучи натуральный кейпом, прекрасно осознавая что такое триггер и к чему подобные инциденты могут привести. Что же до остальных… ваша вина едва ли не более велика. Особенно вы, мисс Барнс. — На этих словах, София краем глаза заметила, как Эмма вздрогнула, услышав обращение к себе от одного из сильнейших героев планеты, — Мне противна сама мысль о том, что вы совершили всё это по своей доброй воле, предав всё что связывало вас с Мисс Хеберт за мимолетные удовольствия.

Легенда остановился и поднял голову, явно глядя на парящую в воздухе Алису. Он обратился к ней.

— Однако, как бы серьезны ни были обвинения против этих девушек, нельзя забывать что перед нами всё ещё дети. Пускай они глупы и жестоки, но это значит лишь то, что высшая вина лежит на тех, кто воспитывал их.

Эти слова Легенды выбили Софию из колеи. Триумвират не согласен убивать их? Это они серьезно? После всего произошедшего, после всех тех фортелей, что выкинула Пантеон они все ещё пытаются спасти ей жизнь?

Она не понимала этой логики.

Меж тем, Проекция легко приподняла бровь, изображая мнимое удивление.

Т̵̈ͅа̸͇̫͗́к̶͙̋ ̶̥̊̿͜з̸̞̖̽н̷̨̓а̶̓͐͜ч̶̗̬͂и̵̤͕̓т̷͓̩̌ ̶̣̀С̵͉̍ў̸͔д̷̩͆̋ь̶̛͈̬̏и̶̭̥̎̅ ̵̻͔̋̆о̴͈̌͘т̶̡̼̒к̵̱͖̌а̷͖́з̴̛͙̄ы̸̛̞̀в̸̬̌̈́а̷̠̰͊̈ю̵̞̥͘т̴̧̝́̒с̵̢̪̌я̴͉̀ ̸͚͗̔в̴̤̇͝ы̵̯̼͂̑н̸̩͑о̵̧͇̇̽с̴̪̑ӣ̵̫͗т̸̪̍̚ь̶̙͌ ̷̻̆в̵͚̫̎̂е̴̠͑͑р̷̦͕̈́̃д̸̼̜̈́̈́и̵̱̋̔к̸͍̤̀̈т̶̤̊?̸͖́ ̶̬̗̯̮̞̺̍͜

На последних словах фигура Персоны поплыла, словно бы искажение на телеэкране, на миллисекунду сменяясь предыдущим обликом.

— Нет, не отказываемся. Мы лишь стремимся донести одну простую мысль, Алиса. Смерть — это наихудший из выходов. Он не принесет никакой пользы, лишь вред для всех сторон. Мы хотим предложить, как мы считаем, достойную альтернативу.

Та лишь пожала плечами.

То Суд ваш, Осколки. Я всего лишь сила Закона в этом процессе.

Легенда отошел от постамента, а на его место вступила Александрия. Её строгий и спокойный голос разнесся по залу.

— Триумвират постановил.