На неведомых тропинках. Сквозь чащу

Дверь, ведущая на первый этаж, оказалась не заперта, я кинулась вон из подвала, не особо представляя, где нахожусь. Главное, бежать, главное, не останавливаться.

– А она упорная, – раздался голос за спиной.

Коридор закончился, я оказалась в просторной комнате, задела обо что-то ногой, едва не упала. Диван, камин, буфет с посудой. Некогда рассматривать, некогда удивиться, тому, что гостиная выглядит слишком обыденно для другого мира. Я выскочила в арочный проем и едва не врезалась в стоящий в центре комнаты стол, ударилась о него бедром, смахнув какие-то бумаги с угла.

За столом сидел седовласый мужчина и читал. В одной руке книга в другой чашка с чаем, разве можно представить более идеалистическую картину? Сильнее меня удивила бы только бабушка с вязанием.

Старик поднял взгляд.

– Чего так долго? – спросил он и поставил чашку на блюдце.

– Девушка решила подняться сама, – ответил голос из-за спины.

Я обернулась и вздрогнула, в кабинете стоял падальщик, за ним весело скалил зубы второй, помладше и пониже ростом.

– Похвально, – старик захлопнул толстый том, – Я получил ответ от хозяина.

– Быстро, – сказал волосатый.

– Он в верхнем мире, а там слишком много времени.

– Кто вы такие? Что происходит? – не выдержав, закричала я.

– И? – спросил сутулый.

Старик поднял со стола сложенный листок, развернул и зачитал:

– На твое усмотрение.

Я оглядывалась, а они словно не замечали этого. Или принимали, как должное, панику и тяжелое дыхание растрепанной женщины, не представляющей, что делать? Их спокойствие, их неторопливый разговор пугал больше крика.

Выход из комнаты перекрывали мужчины, второго не было, если не считать окна, но чтобы добраться до него надо обойти стол и, наверное, выбить стекла, а я до этого подобное только в кино видела.

– Нам скажи, что ты там конкретно усматриваешь? – высокий потрогал рубашку, на которой расползалось темное пятно, подцепил ногтем гвоздь и выдернул.

– Ну, – протянул старик. – Она добыча и по праву первого принадлежит…

– Мне, – закончил падальщик, демонстративно покачивая перед глазами гвоздем, – Сперва заставлю его съесть, а потом попробую на вкус ее саму.

От хриплого голоса по телу побежали мурашки. В его словах не было угрозы, лишь констатация факта.

– Наверное, ты прав и так будет лучше всего, – протянул старик.

– Нет, пожалуйста, послушайте! – я развернулась.

– Хорошо, забирай, только…

– Нет, – взвизгнула я, не успев даже уловить движение сутулого.

Сильные руки оказались на талии, он дернул меня на себя.