На неведомых тропинках. Сквозь чащу

Высшие выстояли сотню раз до этого, выстоят и сегодня, – его рука легла на маленькую макушку, в этом жесте и в выражении золотистых глаз было что-то такое, не дающее поверить в его слова, он и сам в них не верил.

Земля под ногами вздрогнула. Мужчина ушел не оглядываясь.

Очередной штурм, она уже потеряла им счет. Яростный кровавый. Сколько еще тех, кого она знает с рождения, не вернется сегодня с рубежей? Да и останутся ли эти рубежи? Северо-западная башня превратилась в пыль еще две атаки назад. Восточная стена осела от заклинаний вчера, если бы не хрустальные арки с колоколами, если бы не зеркальное озеро, в котором Великие могли черпать силы бесконечно, все было бы кончено уже давно.

Рааду теперь было не с кем оставить, чтобы полететь следом, чтобы выполнить свой долг. Войти в безвременье и вырезать пару красноглазых тварей до того, как они украдут тело и твоими же руками перережут горло товарищам. Сегодня бой пройдет без нее, дочь она на смотровую башню не потащит, у малышки пока нет крыльев, и может статься так, что, и не будет.

То, что на этот раз защитникам придется туго, девушка поняла, когда упала Северо-восточная башня. Малышка к тому времени уже спала, а феникс стояла на крыльце, сжимая кулаки, не в силах поверить в то, что видит. Северные башни самые высокие, их арки самые широкие, на них с десяток колоколов. И, тем не менее, северного рубежа больше не существовало. Резной шпиль опускался так медленно, вспарывая крыши окрестных домов, словно те были слюдяными. Земля снова задрожала, мир застонал, вход в Дивный город открылся.

И демонов не потребуется приглашать дважды.

Феникс бросилась в дом, на ходу подхватывая малышку, и обмотав широким платком, повесила себе на грудь. Девочка зашевелилась, она давно выросла из наплечного мешка и отвыкла от такого способа перемещения, но ничего другого молодая мать придумать не могла.

– Спи Раада, спи, – успокаивающе похлопала она по спине завозившуюся дочку, и та затихла под материнской рукой.

Феникс вздохнула, с прильнувшей к груди малышкой, она снова стала неповоротливой, как во время беременности.

В любом случае выбора не было, ей нужны свободные руки и крылья, хоть с такой ношей и не взлетишь. Девушка подхватила со стойки короткий с локоть меч. Прозрачное лезвие чуть светилось, казалось, его сделали из стекла, но первый, кто решил бы проверить его крепость на своей шкуре, ее и лишится. Подумав, огнекрылая сунула за пояс еще и обоюдоострый нож, сделанный из яркого, как трава зеленого камня.