"Патрик Леруа"

Как это объяснить? Он думал удачно жениться, и ему во что бы то ни стало требовалась приличная фамилия и какие-то «карманные» средства? Или деньги поступают к нему совсем из другого источника?

На горизонте начал вырисовываться призрак общения с политической полицией. Леруа не очень представлял, что скажет этим господам, само наличие «человека-тумана» могло привлечь внимание, а могло вызвать лишь сочувственные взгляды и ехидные замечания, что мол, работы у вашего министерства не хватает.

Все решил случай. Один их тех совершенно дурацких случаев, которые могут быть только высшей закономерностью.

Уже вечером, когда зажигались фонари на улицах, и старичок, бывший солдат,  возился с масляной бутылью, проходивший мимо Леруа увидел сложенную газету, торчавшую из сумки «осветителя».

Десяток строчек заметки, и подпись - Эжен Гемар.

Леруа замер и с четверть минуты ругался последними словами, так что старичок испуганно заспешил прочь от странного прохожего. Когда Леруа его догнал, он не сразу смог понять, что потребовалось инспектору,  а затем неохотно согласился продать непрочитанный «National» за двойную цену.

Несколько секунд – и стало понятно, что имя появилось в тексте по безмерному тщеславию автора, который, очень похоже, исказил слова интервью.

Корреспондента – вот кого он искал! 

Все становилось на свои места.

Это все-таки политическая карьера. Гемар действительно порученец, он всюду бегает и разнюхивает, легко меняет имена и квартиры. Он надеется после очередной встряски – а в воздухе давно пахнет переменами, – подняться к вершинам власти.

Кто его патрон? Старый уже Лафайет? Или Гизо? Или этот молодой нахал Тьер? Скорее последнее…

Вычисляя возможного покровителя Гемара, внезапно Леруа понял, что совершенно не представляет, чего желает Справедливость. Просто сообщить жандармам, что опознал человека, покушавшегося на его жизнь?

И стать лжесвидетелем на суде, выдав свои догадки за прямые наблюдения? Не то, чтобы ложь была прямо запрещена Справедливостью – убийство было, покойник не возник сам по себе, -  но здесь оставалось слишком много неясностей.

Леруа решил пока присмотреться к Гемару.

(20 июля)

План устроиться напротив редакции «National» - снять комнату и вооружиться подзорной трубой, – потерпел полный крах.