"Патрик Леруа"

Порой казалось, что ничем не примечательный юноша из хорошей семьи решил положить жизнь, чтобы по четным неделям каждого месяца, в названии которого отсутствовала буква «р», покупать запонки на набережной разных городов.

В отчаянии инспектор решил зайти с третьей стороны.

Если вещь не удается опознать по силуэту, значит надо перебирать на складе все предметы с ценниками. Леруа начал методично составлять «карту путешествий» разнообразных влиятельных лиц.

Комнату заполнили дешевые карты Парижа и важнейших департаментов; Леруа приходилось много рисовать и очень много ходить пешком.

Какое-то время инспектор, оживляя свои прогулки, играл с мыслью, что сейчас свернет за угол - и увидит собственного двойника с картой в руках, вспотевшего, озадаченного, окончательно потерявшегося.

Леруа предположил, что перед ним картина передвижений обыкновенного порученца. Но какой начальник согласится с тем, что нанятый работник пользуется своим именем лишь один день в неделю?

И каким сказочным чутьем надо обладать, чтобы вот уже пять лет «ходить по канату», имея в карманах по два-три фальшивых паспорта, имея – наверняка! – множество знакомых, готовых узнать его в самую неподходящую минуту.

Это как минимум требовало надежной квартиры, хозяйка которой не станет болтать попусту, не побежит к полицейским.

Мысль о хозяйке была самой естественной – человеку нужна семья. Совмещая приятное с полезным, сиречь конспирацию и амуры, можно здорово облегчить себе жизнь.

Более вероятным Леруа показалось принадлежность Эжена Гемара к одному из тех политических «заговоров», участники которых все никак не успокоятся, и думают сотней человек захватить власть над Францией. «Заговор» именно в кавычках, потому как в львиной доле случаев, участники и не собирались ничего делать. Пока. Или в ближайшие пару лет. До наступления подходящих условий. Которые суть чрезвычайно редкая комбинация. Эти клубы, сами по себе не опасные, и многим надоевшие, стали разновидностью игр для солидных горожан.

Разновидностью политических салонов, которые были еще при Старом Режиме. А иногда способом немного подвытрясти денег из состоятельного человека, который почти всегда числился в таком клубе.

Но и здесь не сходились концы, ведь Эжен Гемар явно сам обеспечивал себя деньгами. Дело с ростовщиком не могло оставаться единственным. Он не боялся пролить кровь и одновременно хотел сохранить имя, сберечь поместье.