"Патрик Леруа"

На своих протезах он качался как подобие метронома. Механический, пустой и звонкий,  он мог задавать темп - быстрее или медленнее.

И какие-то головы успевали исчезнуть в земле, будто людей вглубь тянули за пятки.

Он старался, чтобы лезвие было острым, часто останавливался его поправлять, поднимая правую или левую щиколотку. Затемкоса проходилась по очередной шее – и срез был безупречен. И еще шаг.

Леруа было безразлично,  каким становится поле за его спиной. Изредка позади тихой тревожной нотой раздавался какой-то скрип, но Леруа не оглядывался.

И  вот перед ним кто-то в маске.

В первую секунду старый солдат испугался, что встретил самого себя. Сейчас маска упадет с лица…. Тогда случится что-то ужасное, он это знал, он был уверен в этом.

Лицо было женским. 

Орелин.

 Что это лицо только маска, небрежно натянутая на пустоту, Леруа не сомневался ни мгновения. Только вот отчего у неё такие живые, переливчатые, текучие волосы? Золотые ручьи, которые растекаются во все стороны, а потом уходят в землю, подобно жилам настоящего золота.

Леруа попытался замедлить ход, но метроном застучал громче, где-то в высоте прогремел гром, и стало трудно удерживать равновесие на своем металлическом основании. Маска улыбнулась ему, искренней, щедрой улыбкой. В ней было все счастье мира. Леруа никогда не пробовал даже капли от этой сладости.

Но сквозь сияние улыбки он увидел, что в щели между маской и линией волос задвигались ножки саранчи. Леруа усомнился - не сколько от соблазна, метроном не должен поддаваться соблазнам - сколько от страха.

Но ритм вынуждал Леруа двигаться дальше, а фигура в маске мешала ему.  Он поднял косу, и… волосы, удлинившись под землей, вдруг резко дернули его за костыли, и он почувствовал, что падает в бездну лицом вперед.

 Инспектор проснулся уже в сумерках, чувствуя во рту неприятный кислый привкус. Кошмар очень быстро показался ненастоящим. Барак был пуст, но со двора Леруа послышался смех и шум оживленных голосов, среди которых выделялся бас Фредерика: тот вздумал запеть, не страдая избытком слуха…

 Леруа потянулся, пригладил волосы и подошел к окну.

 На акации молодые Гилены или Деко – отсюда Леруа не различал, - натянули простынь, стараясь расправить ее как можно ровней.