Огонь сильнее мрака

А здесь – как дрессированные звери. Вот я и подумал: кто-то их дрессирует. Всех. Кто-то превращает девчонок в русалок. И дрессирует. Ох, м-мать! – Джон споткнулся и едва не упал. – Ф-фух. Не мутации. Понимаете? Они заколдованы были. Как в сказке. Поэтому такие умные. Не река злая. Кто-то в реке. Оттого и мужики тогда озверели. Он, видно, на них… действовал. Как-то.

Джон выдохся и замолчал. Голова болела все сильней. Староста думал про ноги, и одновременно – про то, что сказал Репейник. Это было невыносимо.

– Ничего не понял, – слабым голосом произнес, наконец, Гатс.

– Какие мужики? Какая река? Почему злая? И какие русалки? Это что получается – кроме нашей, еще есть?

– Были, – кашлянул Джон. – Вы… не разговаривайте… берегите силы.

Вскоре они добрались до дома старосты. Джон, изловчившись, открыл калитку, при этом удерживая Гатса на спине и следя за его ногами. Когда Репейник вошел в дом, там обнаружилась толстая служанка, насмерть перепуганная. Вдвоем они уложили старосту на диван, и Джон обессилено повалился в кресло.

Гатс прикрикнул на служанку, чтобы опомнилась, и велел бежать за аптекарем – коли жив ещё. После того как она, причитая и хлопая себя по бедрам, ушла, Гатс сказал:

– Я ведь вам денег должен. За работу.

– Ничего вы мне не должны, – сказал Джон, размазывая пот по шее. – Я же не убил русалку. Правда, теперь это и не требуется. Наверное.

– Почему? – спросил Гатс. Джон подумал.

– Это не река злая, – сказал он. – И не русалка.

– А кто тогда злой? – жалобно простонал староста.

– Этот… монстр?

Джон пожал плечами.

– Люди, – сказал он. – Как обычно.

Револьвер лежал на берегу, наполовину зарывшись в песок. Джон поднял его, кое-как вытряхнул грязь, вытер оружие полой куртки и засунул в кобуру. Солнце стояло ещё высоко, и, если поторопиться, до заката можно было успеть в Дуббинг. Он обшарил куртку и порадовался: монета с профилем Прекрасной Хальдер уцелела, осталась в застегнутом кармане. Кроме того, староста все-таки заставил взять немного денег – на обратную дорогу и чуть-чуть сверх того.

Джон дал себе слово в Дуббинге прежде всего купить ружейного масла и как следует почистить револьвер. С этой мыслью он зашагал между холмов, оставляя позади деревню Марволайн, её чудовищ и её мертвецов.

Солнце ласково припекало голову. Куртка почти высохла. Джон был жив. Все три этих факта радовали до крайности. Репейник шагал, бодро шмыгая носом и сочиняя в уме рапорт начальству. Рапорт выходил путанным.