Огонь сильнее мрака

Просто схватил немытыми руками...

– А может, это не он писал? – проронила Джил.

Джон снова взял бумажку. Кажется, русалка была права. Темный оттиск намного превышал размеры любого пальца Найвела. Лишь теперь Джон понял, что записка была не просто затертой и мятой – она была старой. Желтизна по краям, та, которую он впопыхах принял за потеки, свидетельствовала о почтенном возрасте листка, сохранившегося до нынешних времен только благодаря прекрасному, довоенному качеству бумаги.

Найвел громко, протяжно захрипел и утих. Опять захрипел.

– Кончается! – вскочила Джил.

Джон захлопал по карманам. Он всегда носил с собой нож, но тот куда-то запропастился – должно быть, выпал в суматохе. «Как всегда, – отчаянно подумал Джон, – когда надо...» Найвел захрипел надсадно, между ключиц глубоко запала ямка.

– Кусай!

– Чего? – отшатнулась та.

– Кровь нужна, кусай! У тебя зубы отросли уже! Быстрей, ну!

Русалка нагнулась, сделала резкое движение головой. Сплюнула. Джон сжал прокушенный палец юноши и, заливая кровью шкатулку, ткнул им в середину линзы. Силуэт хищной птицы вспыхнул и померк. Найвел вырвал руку, изогнулся дугой, заскреб каблуками по траве, и вдруг туман вокруг рассеялся, и стало солнечно.

«Получилось?!» – с радостным сомнением подумал Джон. Он встал, огляделся, сделал несколько шагов. Пустошь, вновь проступившая сквозь туманную завесу, казалась прежней: зеленой, цветистой. Но не было видно башен, ни одной, и не поднимался над землей чёрный дым там, где упал дирижабль. Кроме того, было еще что-то, неуловимо, но значительно изменившееся, и Джон никак не мог понять – что. Он как раз собрался позвать Джил, когда услышал за спиной её удивленный вздох.

– Друзья! – сказал он радостно. – Как же я вам благодарен! Какие же вы...

Не найдя слов, он широко улыбнулся Джил, подступил к обалдевшему Джону и обеими руками стиснул его ладонь, а затем, словно этого не хватило для выражения чувств, заключил сыщика в объятия.