Иконоборцы

Однако она сумела разглядеть неподалеку тело, разметавшее по песку длинные светлые волосы, и порадовалась, что последний выстрел пропал не зря. Повсюду были слышны стоны и проклятья.

Судя по всему, верные старому князю гангрелы и сир с ее небольшой помощью сумели довольно сильно потрепать цветочное войско.

Она напрягла слух, но голоса сира слышно не было. Она попыталась достучаться до него через то место в голове, откуда обычно он возникал, но и там было тихо. Васю начала окутывать паника.

Внезапно ночь как будто раздвинулась, и Васе показалось,что она видит солнечный шар, вздымающийся над горизонтом, ее охватила буйная радость, что теперь то все получат по заслугам и наконец-то сдохнут. Хотя немного жаль, что не она лично приложила к этому руку. Однако солнце так же внезапно погасло, как и появилось, а в воздухе основательно запахло керосином.

– Ух ты! Неужели, огнемет? – подумала она.

Вдалеке кто-то истошно завопил, подтверждая ее догадку.

Похоже, на сцене появились новые действующие лица. Внезапно тьма в ее голове ожила, и в поле ее зрения показался Сир. Он был здорово потрепан, его лицо и одежда были полностью залиты черным витэ, заляпаны грязью, а камуфляж во многих местах торчал клочьями. В руке он держал чей-то тесак, по самую рукоятку измазанный чем-то темным. За его спиной возвышался некий собрат, обвешанный баллонами, и с зажженным фитилем в руках.

Язычок пламени бросал косые блики на его лицо, словно бы искривленное чудовищной судорогой.

– Быстрее, господин Бенье! – голос был скрипучий и неприятный. – Долго я их не удержу, они скоро опомнятся.

Сир кивнул, и одним движением  вздернув скульптурную композицию «Вася на мече» на плечо, быстро устремился за огнеопасным уродцем. Им в спину неслись угрозы, проклятия и несколько пуль.

Свернув за бетонный забор, поджигатель продрался через густые кусты и ловко нырнул в гостеприимно распахнутый люк канализации.

Сир замедлился и, прислонив Васю к бетонной плите, быстро, но аккуратно извлек из нее клинок. Витэ хлынуло струей, но Сир ловко зажал рану ладонью и вставил Васе в рот трубочку из аварийного бурдюка.

– Пей! Пей до тех пор, пока не почувствуешь вкус.

Вася послушно присосалась к трубочке и тянула из нее живительную влагу. Ужасная режущая боль в груди проходила и улетучивалась с каждым глотком.