Иконоборцы

– Господин, у вас все хорошо? – ослепительные в своем беспокойстве глаза Секретаря следили за каждым его движением через водительское зеркало.

– У нас все хорошо. Пока.  – Глядя на проплывающие мимо огни, он слегка расслабился.

– Осмелюсь высказать свое мнение, господин, но когда клан скучает, он превращается просто в гадюшник.

– Это нормально, Маня. Но мне кажется, что в следующую ночь нам не дадут быть такими беспечными.

– Что-то назревает?

– Будет конфликт кланов и не исключено, что  вплоть до открытого.

– Но Князь не допустит!

– Князь не допустил бы, но… Иногда обстоятельства выходят из-под контроля.

Подъехав к видавшей виды сталинке,  девушка  выскользнула из автомобиля и,  для вида повозившись с ключами, загнала авто в уродливый бетоно-кирпичный гараж,  довольно гармонично смотревшийся в ряду подобных ему страшилищ эпохи загнившего соцреализма конца двадцатого века. Глухо зашипела стенка – отсекатель шлюзовой камеры. Затем с легким жужжанием парковочная платформа опустилась на гаражный уровень.

Лихо подогнав шестерку к перрону возле входа в убежище, она длинным неуловимым  движением выпорхнула из авто, распахнула  пассажирскую дверь и застыла в легком церемониальном поклоне. Облако ее длинных огненно-рыжих волос, казалось, не поспевающих за хозяйкой, медленно оседало вокруг изящной фигуры.

Камил слегка улыбнулся и прошествовал к двери в убежище. И, уже поднеся перстень к замку, оглянулся в сторону Секретаря.

– Проверь арсенал, возможно, он нам скоро понадобится.

– Да, господин.

Тяжелая бронированная дверь Убежища медленно закрылась за ним щелкнув в пазах.

Теперь можно было слегка выдохнуть и обдумать ситуацию. Где-то там высоко первые лучи зари начинали золотить небосклон, навевая дремоту. Камил лег на кровать и закрыл глаза. Мир сжался до темно красного канала, который как обычно вел во тьму.

               

                ***

Темные закопченные камни перекрытий довлели над ним привычным грузом.

Таверна  «Старый мост» как раз и была возведена у развалин старого моста, разрушенного еще чуть ли не при Карле Великом.

Тени от масляных светильников скользили по стенам, сплетаясь в причудливом танце. Они скакали по грубой кладке закопченного свода, чтобы через секунду броситься вниз и поглотить то робкое пламя, что их порождало.