Сестра печали любовь

За окном такое же лето, только совсем не видно домов. Зато целое море разливанное зелени, и где-то на горизонте сказочным островом вздымается до самого неба гора Кашканар – похожий на вулкан голубой конус, на вершине которого постоянно курятся облака, в которые прячет морду живущий там каменный верблюд. Или тогда он уже ушел оттуда? Должно быть, ушел. Не важно. В ее памяти он останется там навсегда.

А потом пришел Сан Саныч, сказал несколько слов, и вдруг оказалось, что жизнь ее закончилась. По крайней мере – остановилась.

Сан Саныч принес недобрую весть. Вот уж не думала, что именно он будет вестником горя и печали. Хотя, если разобраться, а кому еще быть им?

– Что-то случилось? – спросила она его сразу, едва увидела.

– Нет, – ответил он – и болезненно сжалось пронзенное острой иглой страха ее сердце. Это было не предчувствие – предчувствие жило с ней и в ней постоянно, – с тех самых пор, как Сереженька перед уходом поцеловал ее в последний раз. Осознание свершившегося факта, неизбежности – вот, что это было такое.

– Нет, – повторил Сан Саныч, – ничего особенного не произошло. Все идет по плану. Он ушел, он там.

– Где – там? – спросила она. Знала ведь, что ответа не будет, и все же спросила.

– Там. На задании. Более точно сказать не имею права. Ну, ты понимаешь... – Конечно, права он не имеет. Да просто он сам тогда не знал ничего.

– Сергей отправился на задание, – упрямо твердил Сан Саныч. – И, как мы понимаем, задание он выполнил.

– Как, вы понимаете? – переспросила она и задохнулась от подступившего ужаса. – А сам он что говорит?

– К сожалению, у нас с ним потеряна связь. Но по косвенным признакам, ему все удалось. Да ты и сама можешь видеть.

Да, да, да, она видела сама! Вчера над Кашканаром клубились тяжелые тучи, сверкали зарницы, били голубые молнии. Гремело, она ощутила гул, почувствовала, как задрожала земля. А потом и вовсе что-то ужасное случилось, огненный вихрь накрыл вершину горы. Вот тогда случился обвал, тогда-то ушел верблюд.

– Осталось вернуть Сергея обратно, – твердил Сан Саныч. – Мы работаем над этим.

– В каком смысле, работаете? И что значит, потеряна связь? – ничего не понимая, спросила она. – Как же теперь узнать, что с ним? Жив ли?

– Жив, – попытался успокоить ее Сан Саныч, – жив. Мы знаем это совершенно точно.

– Откуда вы можете это знать? Как? Если нет связи?

– Из других источников. Не вдаваясь в подробности: в списках умерших его нет.