Зверь 5

Забрызгает кого ещё ненароком…

Зелье для допроса мертвяка у меня ещё с Гришки Карамышева немного осталось. Не всё извёл на молодого поганца, чуточку осталось. Если покойник представился недавно, то должно хватить.

Чопля хотела было ответить, но сдержалась. Недаром ей в дороге объяснили, что собачиться с господином можно с глазу на глаз, а при людях не сметь. Иначе авторитет хозяйский порушится, а от этого и самой Чопле придётся несладко.

– Чего вы удумали, барин? – спросил с опаской староста.

– Сергея осмотреть, может, узнаю – как было дело.

– А ты с чего взял, барин, что я виновен? – тут же набычился Михаил. – Или на меня напраслину хочешь навести? Так я не посмотрю…

– Мишка, а ну, остынь! – прикрикнул на него староста. – Если в острог не хочешь загреметь, то позволь барину делать то, что он хочет.

Ну что же, староста был на моей стороне, а это уже что-то. Мои девки пока притихли. Они ждали, что произойдёт дальше. В это время на машине подтянулись и Боротор с сыном. Глядя на то, как за моей спиной встают две мощные машины для начистки морды, Михаил чуть посбавил пыл.

– Мишаня, это молодой барин развлекаться изволит, – погладила мужика по руке чернобровая красавица. – Видишь, хочет дело раскрыть, а дела-то и нет никакого. Всё по покону, всё по справедливости…

– Тогда тем более вам нечего опасаться, – хмыкнул я и повернулся к багажнику.

Чопля с минуту рылась в багажнике, пока на помощь ей не пришла Марина. Вместе они выудили нужный пузырёк. В это время Любава в изнеможении опустилась на дорогу. Её покрытые пыльной коростой колени показывали, что падала она уже не раз. Села голыми ягодицами на осколки кирпичей, которыми засыпали проём лужи, но даже не ойкнула.

– Ну что же, показывайте, где лежит безвременно усопший, – сказал я старосте, а сам кивнул на севшую Любаву.

– Сделаю, Эдгарт Николаевич, – кивнула гоблинша и обратилась к Боротору. – Захвати с заднего сиденья куртку, накрыть бедолагу нужно.

Тот молча кивнул в ответ и без слов вытащил куртку из нашей машины. Протянул гоблинше. Та накрыла Любаву, вытащила из-за пояса небольшой кинжал и резво обрезала верёвку на кистях.

– Это чаво? Это с какого? – завопил Михаил.