Партия. Брошенная ставка. Том I

Чёрный легонько зашипел, рыжий прижал ушки, а полосатый флегматично чуть приоткрыл глаза. Ведут себя точно люди, попавшие в неизвестность: боятся, агрессивно отмахиваются от перемен, или считают происходящее как само собой разумеющееся.

Я чуть приоткрыл решётку и просунул руку внутрь бочки. Чёрный опять зашипел, но все котята остались на месте. Верный признак, что привыкли к нашим лицам и бочку воспринимают как надёжное укрытие. После праздника, думаю, можно будет их выносить на улицу, позволяя чуть осмотреться и привыкнуть к лагерю.

Если их выпустить сейчас – то высок шанс, что разбегутся.

***

Наутро Белой звезды люд из шатров выходить не торопился, аккуратно и с почтением надевая чистые одежды. Мужчины задумчиво посматривали на холм, женщины украдкой кормили маленьких детей напечённым вчера белым хлебом и давали попить подслащённой мёдом воды. Но взрослые и подросшие дети соблюдали строжайший пост, только воду пили. Язак и солдат остались пекарей охранять, а не занятые на дежурствах бойцы собирались отправиться с нами.

Собрав весь люд около изгороди лагеря – я раскрыл книгу с семнадцатью золотыми полосками на корешке. Вторая глава, «Зарко». Пятый стих, самое начало.

«Собрал Зарко выживших, всех кто мог идти сквозь тёмные топи. Собрал, и велел ступать по следам его так же, как ступает он. Повелел не роптать, терпя как он. Повелел взять посильную ношу, спину нагрузить и на плечи взвалить. Повелел взять тканей для стягов победных и железа на мечи широкие, а еды им в пути не сыскать – не найдут они мест для привала.

Коль начнут идти – так нет прав на остановку. Пусть воду возьмут, и ту уготовят заранее. И пусть ступают за ним, до града защитного. Пусть ступают вслед, ибо топь ядовита, гнусом и гадом полна. Оступится кто иль упадёт – смерть того ждёт.

Уготовили воду заранее выжившие, взяли ноши посильной – да пошли сквозь топи тёмные вслед Зарко, не убоясь гнуса и гадов, терпя ношу посильную да невзгоду сильную.

А кто падал иль оступался – тотчасно мёр. Но каждый шёл вперёд, идя к спасению заветному.»

– Пройдём и мы свой путь сложный. Трудом посильным себя нагрузим. И спасём каждого из нас да самих себя, сегодня и завтра, и впредь навсегда.

Я пригласил всех идти на холм, к лесу. Ответственные за хлеб закрылись белыми накидками, оставляя непокрытыми лишь лица и руки. Ко мне подстроился Дарко.

– Господин, простите, что отвлекаю вас. Вы наверно знать захотите.