Доктор Уэйн

— Колясочником? — он непонимающе прищурился.

— А, — взмахиваю рукой, — долгая история, но по итогу мне удалось восстановиться, — говорю и краем глаза смотрю на то, как он стоит со скрещенными на груди руками. Неприятно конечно, когда тебя вот так вот сверлят взглядом, но мне кровь из носу нужно заслужить хотя бы доверие этого человека, если я хочу выбраться из этого мира.

— Признайся честно, ты ведь специально вколол ей малую дозу снотворного, чтобы она очнулась так вовремя? — спросил он, на что я вздохнул.

— Да. Так и есть, — киваю и беру пробу с супа. Пока не очень горячий.

— И почему же?

— Чтобы она услышала мой с вами разговор, конечно. Люди, как правило, верят тому, что подслушали. Людей с нестабильной психикой это касается в даже большей степени, нежели здоровых или, условно-здоровых, — говорю и, повернув голову, смотрю на него, — но это не значит, что я врал. Просто сэкономил время.

— Подозрительно честно, надо признать, — бурчит за моей спиной Томас, а я возвращаюсь к супу.

— Все. Суп готов, — говорю, отключив комфорку, — я не хочу вам врать, Томас. Однако, для начала предлагаю поесть, — и с этими словами беру кастрюльку и ставлю ее на небольшой столик, — прикройте меня, Томас. Все еще есть риск рецидива, хотя мне очень не хотелось этого, — говорю и иду в сторону допросной. Открываю дверь.

— Марта? Марта, ты как? — вхожу внутрь и смотрю на склонившую голову вперед Марту, которая… плачет? — Марта?

— Не приближайся ко мне! — вдруг кричит она, а я отшатываюсь.

— Марта? — удивленно говорит Томас, таращась на рыдающую Марту. Он явно был в шоке от вида плачущего Джокера.

— Том… — она всхлипывает и смотрит на мужа полными слез и мольбы глазами. — Том… убей меня пожалуйста, — сотрясаясь в рыданиях говорит она и мы в шоке переглядываемся.

— Это лекарство… оно…

— Да, — киваю, видя, насколько ей плохо. — Это очень сильный антипсихотик.

— Том… убей меня, пожалуйста, — бормочет она, качая головой. — Я не хочу быть монстром! НЕ ХОЧУ! — кричит она, а я, выдохнув подхожу к ней и начинаю развязывать ее путы.

— Нет! Не развязывай! Не развязывай! — кричит она и как только наручники падают с ее рук, она вскакивает и… забивается в угол комнаты.