Доктор Уэйн

Мы сделали все, чтобы этот день прошел без эксцессов, но…

Не успеваю додумать эти мысль, как вдруг дверь в комнату раскрывается и оттуда выходит улыбающаяся доктор Томпкинс.

— Все хорошо, — не дослушав ее, рвусь внутрь, но был резко остановлен неожиданно сильной доктор Томпкинс, — куда это ты? В начале дезинфекция, перчатки и белый халат. А уже потом свидание, — говорит она, а я смотрю на смирно стоящего Альфреда, в руках которого буквально материализовались бутылка антисептика, халат и перчатки. Тщательно начинаю дезинфицировать руки, параллельно слушая доктора, — …здоровый мальчик.

Захожу в комнату. Там стоят несколько датчиков, которые отмеряют показатели Занни. На широкой кровати лежит моя любовь и держит на груди… что-то в пеленках. Медленно подхожу к ней. Встаю рядом с кроватью, задержав дыхание. Малыш кушает. А жена… жена смотрит на него и не может оторвать взгляда от этого… комочка жизни.

— Занни, — привлекаю ее внимание и когда она смотрит на меня, в ее глазах я вижу… абсолютное и незамутненное ничем СЧАСТЬЕ!

— Он такой маленький, — тихо говорит она и снова смотрит на малыша. Я тихонечко сажусь рядом и теперь мы вместе смотрим, как этот маленький человечек ест свой первый… смотрю на часы… обед в этой жизни. Мы долго смотрим на него и наконец, наследник семьи Уэйн, насытившись, оторвался от материнской груди и, зачмокав, уснул.

— Положи его в люльку, — просит меня Занни. Я же, проглотив ком в горле, осторожно, как не раз пробовал со специальным манекеном, пока никто не видел, беру завернутого в пеленки младенца на руки. Смотрю на него, с трудом сдерживая слезы счастья. Краснощекий, сытый и довольный жизнью малыш.

— Томас… Джованни… Уэйн? — говорю, рассматривая малыша, а затем смотрю на жену. Ослабшая от родов, но улыбающаяся Затанна кивает.

— ТиДжей, — сказала она, а из глаз катятся слезы.

— Спасибо тебе, — говорю и вижу, как она улыбается.

— Поцелуй меня, — просит она и я, поднявшись, приникаю к ее губам, подложив мою руку под ее голову. Когда мы отрываемся друг от друга, вижу, как Занни указывает в сторону двери, — пускай и они зайдут. Но тихо, — говорит, на что я киваю.

Уже через минуту в комнату входят все остальные.