Доктор Уэйн

На удивление, сегодня небо над Готэмом было достаточно чистым, чтобы луна освещала окрестности, а глаз человека мог распознать хотя бы некоторые из звезд, — ты волнуешься о чем-то? — спросил ее, обняв сзади.

— Я волнуюсь о тебе, малыше. Альфреде. Брюсе. Дике. О том, как пройдут роды. Каким вырастет наш сын. В каком городе будет жить, — монотонно перечисляла она, — но больше всего я волнуюсь о том, чтобы не появился какой-нибудь супер-псих, с которым вы не смогли бы справиться, — сказала она и повернулась в моих объятиях, — по-обещай мне кое-что.

— Что же?

— Когда малыш родится и, если, вы с Брюсом попадете в слишком серьезную передрягу, позови меня, — говорит она и, видимо заметив, что я хотел возразить, продолжила, — прошу тебя. Я потенциально всемогущая ведьма, которая может очень многое, если не все, — говорит она, я же вздыхаю. В ее словах есть резон, но… вот это проклятое но. Я совершенно не хочу, чтобы она участвовала во всем этом

— Милая, давай вначале… — хочу соскочить с темы, но не тут-то было.

— Обещай, — твердо потребовала она и я, чтобы не беспокоить ее за зря, был вынужден подчиниться

— Ладно. Если я почувствую, что совсем не справляюсь, позову тебя, — сказал ей, а она… еще несколько секунд назад, она готова была устроить скандал, а сейчас крепко прижималась ко мне.

— Прости. Но я не переживу, если с тобой что-то случится, — говорит Занни, я же целую ее в лоб. Так и стоим в освещенной луною комнате, обнявшись, даря друг-другу спокойствие и уверенность.

Хорошо, когда есть кто-то, кого ты можешь просто обнять.

<center>***</center>

Три месяца спустя

Я ходил из стороны в стороны, пока Брюс, Альфред и Дик сидели на стульях в ожидании того, чего мы все ждали эти девять месяцев. Сегодня, на свет должен был появиться наш с Занни первенец. Мальчик или девочка… не знаю. Мы договорились, что до конца не будем выяснять, кто же будет, но имена подобрали для обоих случаев.

— Успокойтесь, хозяин Чарльз.

Лесли — первоклассный специалист. Она прекрасно знает, что делает, — в десятый раз говорит мне Альфред. Когда срок подошел, нам пришлось посвятить в тайну доктора Томпкинс, нашего семейного врача и крестную Брюса. Та, конечно, попеняла Альфреду за излишнюю секретность, да и по мне прошлась тоже, но с радостью согласилась принять роды у Занни.

Все что говорил Альфред я и так знал. Но все равно не мог отделаться от беспокойства.