Чудовища городских крыш

Бутылка!

Схватив тонкое горлышко, Тим одновременно встал и размахнулся. Маневр получился неудачный. Стекло выскользнуло из пальцев и полетело слишком рано.

– Оставь его! – заорал Тим.

Хотелось грозно, но вышел хриплый визг.

Бутылка упала на асфальт и звонко разбилась, дополняя крик. До чудища орудие не долетело прилично.

План не сработал, но результат все же был. Зверь отвлекся от своей жертвы. Он медленно повернул голову. Казалось, даже вытянул шею. Два узких глаза ядовитыми каплями сырой нефти блестели среди длинной шерсти.

И смотрели они теперь на Тима. Точнее на его вытянутую над головой руку.

Эхо разбившейся бутылки давно стихло в каменном мешке двора, а вот руку Тим так и не опустил. Забыл.

И глаза зверя теперь были устремлены к ней.

Тим глянул туда же.

Между растопыренных пальцев проскальзывали крохотные молнии. Такие возникали, если резко стянуть свитер.

«Статическое электричество», – всплыло в памяти Тима. Вот только откуда ему было взяться на пальцах голой руки?

Ребенок же тем временем воспользовался сложившейся ситуацией и рванул прочь.

Двор был глухим. Подъезды заперты, а выход находился у Тима за спиной. Вот только между Тимом и ребенком восседало чудище. Бежать мимо него было бы глупо, поэтому ребенок этого и не сделал. Он бросился прямо к кирпичной стене пятиэтажки.

Тим хотел что-то крикнуть, предостеречь, но только невнятно квакнул.

Ребенок уже карабкался по дому вверх. Он преодолевал этаж за этажом, хватался за водосточную трубу, подтягивался на балконах.

Иногда ступенью ему служил кондиционер или подвесная клумба. Через пару минут несостоявшийся ужин ночного зверя перемахнул через край плоской крыши и исчез из поля видимости Тима.

К счастью, зверь не бросился вдогонку. Хотя к счастью для кого?

Тим опустил взгляд и нашел глянцевые лужицы страшных глаз на месте. И они все так же пристально разглядывали явление статики на пальцах человека.

Вспомнив о руке, Тим дергано потряс ею в воздухе. Крохотные голубые огоньки закапали с нее на асфальт, словно искры бенгальского огня.

Но молнии не желали затухать.

Зверь по-кошачьи развернулся. Головой он не шевельнул, а вот туловище его перетекло в иную позу. Теперь зверь был в удобном положении для броска на Тима.

Наконец искры затухли. И как-то все разом. Вокруг стало заметно темнее. Даже привыкшие к темноте глаза заволокло темной пеленой.

Тим не видел, а скорее ощущал, как огромная туша неизвестной твари приближалась к нему. Парень различал лишь смутную тень.