Поцелуй на краю ночи

— Так что, пойдем к месту преступления? — предложила Рокси.

— Мы уже пришли, — ответил Лютер.

***

Он нашел его безошибочно, и никакие карты и фотографии не были нужны: запах привел его прямо туда — на берег озера, под плакучую иву, где земля напиталась кровью до самых корней. Кровь была человеческой, несомненно — он проверил, сжевав узкий листик, на котором остались бурые пятна. Вряд ли Персиваль Грин смог бы перенять этот метод работы.

На фотографиях, что были в материалах дела, Луиза Паркер лежала, запрокинув голову к небу, и в ее остановившихся глазах отражались тяжелые облака.

Или вампиром. Лютер потому и приехал в Танорок. Обескровленные тела — его специфика. Но зачем вампиру разливать драгоценную пищу?

Он не упустит ни капли, когда вонзит клыки в нежную шею Рокси Медоу.

Как он испугался, что это она упала с лестницы! Если была серьезная травма и большая кровопотеря, то разрешения не видать. Но первый этап пройден успешно: анализ медицинских карт Рокси выявил, что она исключительно здорова и вполне может стать лакомством для вампира, который заслужил награду за выслугу лет.

Лютер облизнул клыки и стал так, чтобы Персиваль оказался между ним и девушкой. От рыжего копа остро несло подростковым потом и одеколоном, и голод немного утих.

Следующим этапом необходимо одобрение соцотдела. К счастью, Рокси не настолько ценный член общества, чтобы нельзя было рискнуть ее жизнью.

— У тебя сегодня нет работы? — спросил он.

— Нет, — сказала она. — Хотел побеседовать с девушками из группы Луизы? Занятие завтра в восемь.

— Я тоже приду, — подал голос Перси. — Быть может, мне стоит внедриться в тылы? Стать своим. Поболтать о всяком в раздевалке.

— Женской? — уточнила Рокси.

— Да, не подумал, — помрачнел рыжий. — Итак, агент Фосберг, что теперь? Что мы ищем?

Лютер огляделся, стараясь не дышать слишком глубоко.

Вампирскую версию исключать нельзя. Вдруг какой-нибудь неучтенный одиночка разодрал горло девушки, не справившись с жаждой. Хотя в глубине души Лютер сомневался в собственных доводах — это ведь как инстинкт, или ритуал: кусай точно, ешь аккуратно, после — поговори.