Чёрный инспектор. Крыса в бегах.

Больше было, разве что, на столе Крайса в управлении полиции. Некоторое время Нуари молча любовался своим другом, сосредоточенно что-то выписывающим из старинной и ветхой на вид книги.

– Не хочешь сделать перерыв, Элиас? – мягко улыбнулся Нуари. Даже вступив в Совет, его друг не утратил своей чистоты и тяги к справедливости. И остался таким же светлым и слегка наивным, как и прежде.

– Нуари! – Элиас радостно улыбнулся, вскочил из-за стола и бросился к другу. Хоть они и виделись только вчера, он успел соскучиться, а предложение прерваться прозвучало слишком соблазнительно.

– Могу я увидеть твою достопочтенную тётушку? У меня есть к ней одна просьба, – отстранил его Нуари.

– Думаю, упрошу её уделить тебе время, – Элиас лукаво улыбнулся. А увидев удивлённый взгляд Нуари, едва не рассмеялся. – Она сейчас очень занята. Те кружева, что я привёз со Дна, оказались весьма популярны.

– Рад, что у неё всё ладится, – кивнул Нуари.

Полгода назад шенай Аштарет получила в подарок от Элиаса прекрасные украшенные слюдой кружева. Она разыскала женщину, которая их плела, и теперь время от времени встречалась с её дочерью и забирала очередную партию. Платила шенай Фария весьма щедро, особенно для Дна. Ведь мастерица жила именно там, а осколки слюды собирала в горах шлака недалеко от дома.

Сейчас шенай Аштарет была желанной гостьей во многих домах Неба и вела светскую жизнь, которой прежде избегала. Благодаря тщательно хранимой тайне она не только сумела ввести эти кружева в моду, но и приобрести множество полезных знакомств. Товар шенай Аштарет был крайне дефицитен, ведь повторить плетение на Небе так никому и не удалось, и мастерица была всего одна на весь город.

Элиас попросил служанку накрыть чай в гостиной и пригласить шенай Аштарет. Он уже порядком утомился и давно мечтал об отдыхе, тётушке Фарии тоже порой полезно было отвлечься от своих интриг.

Служанка едва успела разлить чай и расставить на столике вазочки с печеньем и пирожными, когда шенай Аштарет вошла в гостиную. Она была одета в домашнее платье, но волосы были уложены в причёску, более подобающую для улицы. Поприветствовав Нуари, она уселась в одно из кресел и начала придирчиво осматривать вазочку с пирожными в поисках своих любимых лимонных.