В тихом омуте черти водятся

Люди строили свои города в предгорьях и по другую сторону гор от эльфов. Жили они недолго, но рождались часто и быстро, поэтому расы-долгожители с ними не связывались, молча согласившись признать за ними тот кусок суши, что простирался от Ледниковых Гор до самого Великого Океана. Была ли земля дальше, за пределами океана, не знали даже драконы - никому не удавалось ни переплыть его, ни перелететь.

Но все изменилось, когда один из Верховных Друидов возмечтал о власти...

Для начала он объявил войну младшим народам, обвинив их в принадлежности к темному началу мира.

Конечно! Сам-то Друид был женат на настоящей гарпии, кому, как не ему и знать...

Он так ловко и мастерски подтасовывал факты, что не прошло и ста лет, как даже самые скептически настроенные эльфы начали сомневаться, а был ли вообще мир со всеми этими волколаками, гарпиями, стихийными духами и другими?

Он ли стравил эльфов и драконов, или сами расы что-то действительно не поделили, а Друид воспользовался - кто ж теперь скажет? Но война развязалась не шуточная.

Первыми на защиту Долины встали оставшиеся Хранители и... Жрицы. М-да.

Когда погибла тогдашняя Верховная, друиды быстренько инициировали какую-то девчонку, и понеслось... Тогда много чего сгорело, в том числе, и четыре главных капища. Потом эльфы избрали себе военного предводителя, а магическая власть окончательно перешла к Друиду.

И он не растерялся! Те из Хранителей, кто остался в живых, поначалу еще пытались образумить зарвавшегося эльфа, но его прихвостни активно "восстанавливали" утраченные хроники, ловко переписывая историю.

Эльфы, конечно, живут долго, но это только если их не пытаться убить. За какие-то шестьсот лет войны и следа не осталось от прежнего мира. Эльфийки стали бесправными существами, разменной монетой в политических играх своих мужчин, а жрицы - магическими накопителями, призванными исправлять энергетические перекосы, к которым приводили эксперименты друидов.

***

- Я помню, - задумчиво глядя в окно на привычно суетящийся утренний город, проговорила Агриппина Павловна, - как объявили перемирие... была жива еще последняя Жрица... умная девочка, умевшая думать своей головой и дорожившая своей жизнью. Она пыталась что-то изменить, но не хватило времени.

Я слушала гипнотизирующий голос, и перед глазами проносились картинки из совершенно другого мира и другой жизни.