В тихом омуте черти водятся

и ведь знаешь, что самое большое, на что они будут способны - избежать аварии, когда поддатые сядут за руль... Нет, это, конечно, большое дело, спору нет, но когда они не в силах почувствовать габариты машины при парковке, хочется узнать, почему они не купили "ездить" там же, где покупали "права"!

Это вообще была моя отдельная боль - настоящих адреналинщиков вообще мало. Сама я в молодости участвовала и в гонках, и с парашютом прыгала, а пару раз - даже в съемках каких-то второсортных фильмов про бандитов в качестве каскадера.

Все изменилось, когда появился сын. Свернуть себе шею ради очередной дозы адреналина стало банально жалко, пришлось искать приличную работу. Но Иван рос, мужчины сменяли друг друга, а я чувствовала, как постепенно становлюсь мертвой без любимого дела.

После очередного расставания мать приехала ко мне с ультиматумом. Она сказала:

- Либо ты в ближайший месяц находишь себе работу по душе, либо я тебя сама прибью.

Я тогда подняла на нее почти потухшие глаза, хотя сердце болезненно сжала надежда:

- Мам, ты ж знаешь, что все, что мне по душе, связано с риском для жизни. И хорошо, если сразу разобьюсь, а то будет у тебя на руках, кроме ребенка, еще и овощ!

- Детка, - мать посмотрела на меня с какой-то особенной жалостью. - У меня сейчас на руках овощ, который хоть и зарабатывает деньги, и может себя обслужить, но не живет. Для женщины в тридцать - хуже не придумаешь!

- Я серьезно, мам, - я устало потерла лицо, день в бухгалтерии выдался нудным и серым, как и все остальные.

- Поверь, дорогая, - голос матери стал жестким, - у меня хватит сил вырастить Ивана хорошим человеком, а тебя - отключить от аппарата жизнеобеспечения. Я все сказала.

С этими словами она хлопнула сначала ладонью по столу, а потом и входной дверью. Привыкла в своей военной академии строить курсантов и заведующих лабораториями научного центра! Я просидела тогда до утра, споря с самой собой, а в полдень уже вышла из проходной завода, где трудилась последние полтора года, в последний раз.

И вот уже больше десяти лет в моей жизни было обучение других контраварийному и экстремальному вождению, личные вызовы, гонки и многое из того, на что нормальные люди крутят пальцем у виска.

Но моя единственная близкая подруга оказалась не из них, не из нормальных. А вот вчера выяснилось, что и не из людей.