Каждому своё

А затем негромко проговорил:

— Вереск не эрика, Отто, он расцветает по осени.

Поначалу на кодовую фразу сосед не отреагировал. Перевернул лист и продолжил читать.

Бывший ефрейтор ждал.

— Объект? Время? — донеслось до него спустя полминуты.

— Объектов два. Судебный следователь Клаус Циммерман и старший детектив крипо Вальтер Шейнеман. Время — сегодня вечером.

— Обоих могу не успеть, — сообщил Отто после недолгой паузы.

— Сегодня вечером, после девяти, они встречаются на квартире у Циммермана. Адрес.

— Адрес я знаю, — тихо, но совершенно отчетливо произнёс собеседник, не отрывая глаз от газеты. — Двадцать тысяч.

— За обоих?

— За каждого. Аванс — половина.

— Прямо сейчас?

— Да.

Шеф-инженер мысленно выругался. С собой он принёс только десять тысяч. Еще двадцать две лежали дома в заначке.

— Прошу прощения, но у меня с собой столько нет. Могу предложить вариант. Десять я отдаю сейчас. Ещё двадцать вы забираете сами, у Шейнемана, он принесёт на встречу именно столько.

На этот раз Отто молчал почти две минуты.

— Пойдёт, — он неспешно свернул газету и бросил её на лавку рядом с портфелем Штифеля. — Кладите сюда.

Пачка купюр перекочевала из портфеля под небрежно сложенную газету.

— Но мне понадобятся доказательства, — быстро добавил Макс, вспомнив про «самое главное».

— Доказательства будут. Не беспокойтесь.

— Отлично. Мой адрес...

— Я знаю, где вы живёте, господин Штифель, — ровно проговорил Отто, после чего поднялся, сунул газету с деньгами под перекинутый через руку плащ и двинулся прочь по усыпанной опавшей листвой дорожке.

* * *

Всю вторую половину дня Макс провёл, как на иголках, и со службы ушёл сразу, как только закончилось рабочее время.

Дома он первым делом достал заначку и отсчитал из неё двадцать тысяч. Оставшиеся две тысячи марок, тихо взгрустнув, отправил обратно в тайник. Ему было искренне жаль «нажитых непосильным трудом» сбережений, но — делать нечего.

Деньги шеф-инженер разделил на две равные пачки, перетянул их теми же ленточками «из магистрата» и спрятал в ящик стола.

Следующие несколько часов он провёл в томительном ожидании, бродя из угла в угол и время от времени выглядывая из-за занавески в окно. На улице постепенно темнело, стрелки часов мало-помалу смещались к заветным цифрам.