Каждому своё

Сдаст ведь, собака... Как есть, сдаст, без вариантов. Чтоб самому вывернуться...

— Сегодня я говорил с Шульцем.

— Когда?! — замер с кружкой у рта Шейнеман.

— Час назад. Звонил ему из переговорного пункта.

— Ты знаешь его телефон?

— Знаю. Но никогда не пользовался. Он специально предупреждал, чтобы звонил только в крайнем случае.

— Считаешь, случай настал?

— Да. Считаю, — наклонил голову шеф-инженер. — Этот ваш Циммерман меня больше часа мурыжил. Про тебя, между прочим, выспрашивал.

— Про меня?! — чуть было не поперхнулся пивом приятель.

— Не только, — продолжил Макс. — Ты уже в курсе, что было в коробках, которые мы с тобой для Шульца таскали?

Шейнеман покачал головой, но как-то... не очень уверенно.

«Точно сдаст», — смекнул Штифель, добавив ещё один плюсик в пользу принятого решения.

Про Шульца, кстати, он блефовал (куратору он не звонил и телефона не знал), но был уверен: приятель ему поверит. Так и случилось. Шейнеман принял его слова за чистую монету...

— Не в курсе, и хорошо. Я сам чуть было не прокололся, когда он начал рассказывать.

— Зачем ему это? Других что ли подозреваемых нет? — усомнился Вальтер.

— Ты из крипо, тебе это лучше знать, — бывший ефрейтор сдул с кружки пену и не спеша отхлебнул.

— Ему нужен Шульц, — выдал после короткого раздумья приятель. — Точнее, тот, кто может за всем за этим стоять. И мы с тобой, учитывая наш... хм... послужной список — самые подходящие кандидатуры для простых исполнителей.

— Верно мыслишь, камрад, — одобрительно отозвался Макс, сделав ещё глоток. — Господин Шульц так тоже считает. Он, кстати, сказал, что знает, кто такой Циммерман. Что, типа, знаком с этим кадром по разным столичным делишкам. Что в своё время он много кому крови попортил, но договориться с ним можно.

— Ага. Кажется, понимаю, — глубокомысленно заявил Шейнеман. — Он, наверно, из тех, кто сперва поднимает ставки по максимуму, а когда все сливаются, забирает весь банк.

— Что-то вроде того, — согласился Штифель.

— Что «это»? — детектив с подозрением посмотрел на Макса.

— Перекупить его, — ничтоже сумняшеся сообщил инженер.

— В смысле? — не сразу врубился Вальтер.

— В смысле предложить ему денег... много денег. И сказать, чтобы не копал. Сказать, что теперь этим делом будут заниматься другие люди. Оттуда.