Вик Разрушитель 5

Теперь ты сам видишь, насколько они сильны по сравнению с магией.

- То есть, возле Алтаря ничего не произошло? – я разочаровался.

- Камень признал тебя, - снова повторил Геванча. – Теперь ты можешь приближаться к нему, разговаривать, черпать Силу без вреда себе… Тебе многое предстоит понять, как жить дальше.

- Так сними с меня свое проклятие! – заволновался я. – Мне не нужна антимагия! Я хочу быть одаренным! У меня есть Сила Воды и Огня!

Шаман мелко засмеялся, обнажая желтоватые зубы.

- Глупый уол, ты даже не представляешь, что тебе дал Небесный Камень с моей помощью! Чувствую твою злость и обиду, уол.

- Нет, спасибо, - буркнул я, остывая. Видимо, быть мне до самой смерти Разрушителем. Которая, надеюсь, наступит очень нескоро. Лишь бы Алтарь не уничтожил антимагию.

- Не хочешь – тогда ступай, уол, тебя ждут дома, - шаман зажал в губах хомус, и над поляной поплыл заунывный тянущий за душу звук.

- Андрей! – чья-то сильная рука трясла за плечо, потом зачем-то перевернула на спину, и две мощных оплеухи, от которых запросто человека с ног сшибить можно, обрушились на меня.

Голос отца я ни с кем не спутаю. Разлепляю глаза и вижу, что валяюсь на полу возле Алтаря. Его синевато-красные всполохи уже не так интенсивно окрашивают стены подвала, голова не разрывается от гудения. Мой родитель навис надо мной и с тревогой смотрел, как я медленно зашевелился.

- Ну, как ты? – помогая мне встать, спросил он. – Все в порядке или нужна помощь лекаря?

- А что произошло-то? – сглатывая тягучую и неприятную слюну – не плевать же в месте, где находится Алтарь – я смог сфокусировать взгляд на отце.

- «Я знаю, что делать»! – передразнил меня князь и неожиданно дал подзатыльник, но легонько, для профилактики. – Засранец малолетний! Куда столько крови плеснул на Камень? Меня в стену так швырнуло от выплеска энергии, думал, хребтину себе сломал! Пока в себя приходил, не знал, чего больше бояться: или смерти Алтаря или твоей гибели.

- Вроде бы ничего не развалилось! – я огляделся по сторонам и задержал взгляд на Алтаре. Антрацитовая поверхность слегка мерцала, впитывая в себя последние отблески пламени и холодной лазури. – И Камень цел. Надо рану перевязать.

Я посмотрел на руку, в которой до сих пор сжимал ритуальный нож с покрасневшей от крови ручкой, и удивился.