По следам кошек

Люди говорили что-то про пуму, и Карин решила, что зверь сбежал из зоопарка ─ дело необычное, но не страшное. Лишь на работе ей рассказали всю правду:

─ Анжел, что случилось? ─ смотря на обеспокоенных сотрудников, спросила она.

─ Разве ты не слышала? Нашего начальника разодрала пума!

Сознание Карин помутнело, она не верила своим ушам. Новости тем временем были уже в интернете: её начальник мёртв, а таинственного зверя не нашли. Да и не смогли бы найти: Карин была уверена, что сделала это сама.

И этой ночью она вправду была пумой, и именно она убила ненавистного человека.

Оборотень

Мари была непохожей на остальных девушек ─ и это чувствовали все. Иногда говорят: "такая у него аура": собственно, и у неё была "такая", очень "опасная" аура. Казалось, что если ты даже ненароком создашь ей проблему, то она съест тебя, не подавившись. Проглотит как акула. Взгляд её зелёных глаз был воистину хищным: даже на начальство она смотрела так, словно они черви под её ногами ─ что уж тут говорить о коллегах. Девушки шептались за её спиной, называя пантерой.

Возможно, в чём-то они и были правы: Мари любила чёрные облегающие платья до колен, непременно с оголёнными рукавами. Даже зимой она носила в офисе лёгкую одежду, будто у неё в крови лава; будто холод ─ последнее, что её заботит. Свои густые чёрные локоны она собирала в высокий хвост, и это лишь добавляло возводимому девушкой образу сексуальности. Мари носила высокие туфли на шпильке, передвигаясь на них так плавно, словно она плыла: бёдра её соблазнительно покачивались в такт тихому "цок-цок".

В работе же она была беспощадна: никогда не кричала на людей, но строго выговаривала “провинившимся” за ошибки, что, однако, было страшнее, нежели бы на такого человека во всё горло орало начальство. Она никогда не поднимала голос, но твёрдые нотки, подобные кошачьим когтям, цеплялись за самое сердце. Ты, не задумываясь, верил каждому её слову и готов был подчиниться любому приказу.

Казалось, что она действительно могла уничтожить при первом лишь желании… Убить, закопать, не попавшись, и при этом убедить всех вокруг вплоть до родной матери жертвы, что та уехала в кругосветное путешествие.

Вместе с тем, никто и никогда не видел её настоящую ─ лишь идеальный образ, которому можно завидовать и в который можно влюбиться. Образ, который внушал страх.