Другая сторона

– Тогда иди одевайся, я пока разогрею. Только побыстрее. Я еще собиралась свозить тебя в одно место… Ужас, во что ты превратил полотенце?

А ведь и правда – Николь же обещала ему какой-то сюрприз. За сегодняшней беготней совсем вылетело из головы.

– Я мигом… Осторожнее – там телефон!

– Однако.

Одежда, которую Наткет развесил на батарее, так и не высохла. А он терпеть не мог сырые футболки. Словно влезаешь в чужую кожу, прохладную и влажную, и сразу начинаешь чувствовать себя лягушкой. Но хуже всего дела обстояли с кроссовками.

Если влажная футболка просто противна, то мокрые кроссовки – невыносимы. Его же обувь можно было отжимать – хватило бы сил. Чтобы ей помочь, Наткет затолкал внутрь комья скомканной туалетной бумаги. Немного, но оттянет воду. Держа кроссовки за шнурки, он вернулся в кухню, уже пропахшую подгорелой курицей.

Николь переложила птицу на тарелку, а сама стояла у плиты и готовила кофе.

– Я уже поела, – ответила она на незаданный вопрос. – Пока тебя ждала, времени было предостаточно.

Спорить Наткет не стал – сейчас он был способен в одиночку съесть страуса. Он набросился на мясо с удивившей его жадностью, глотая куски, толком и не прожевав.

– Как все-таки отец уговорил тебя остаться? – спросила Николь, садясь напротив с чашкой в руках.

– Элементарно, – ответил Наткет с набитым ртом. – Порвал билет.

– Действительно, просто, – согласилась она. – Даже радикально. А почему?

– Как я понял, ему нужны союзники.

В войне с консорциумом Кабота.

– Хм… И ты остался ему помогать?

– Как сказать. Если это не противозаконно… Твой отец прав – с этим консорциумом что-то нечисто. Помнишь письмо, которое я привез? Там тоже про него было, и по мне – это слишком близкое попадание для совпадения. Не люблю этого слова, но я должен во всем разобраться. А еще… Хотя первого достаточно. Кстати, а где отцовские фотоальбомы? У него их было много, а сейчас ни одного не нахожу.

– Что? – отозвалась Николь, еще обдумывающая его предыдущие слова.

 – Какие… А! Ты же не приезжал на похороны. Их все закопали. Аккуратно сложили в гроб и закопали.

От удивления Наткет прекратил есть.

– Как закопали? Зачем?!

Николь пожала плечами.

– Честер на этом настаивал. Первая строчка в сценарии похорон. Фотографии, дневники – не знаю, может, он боялся, что они могут попасть не в те руки?

– Возможно… – согласился Наткет.