Шатун

– А взамен заберут душу? – опять не выдерживаю я.

Нора не обижается. Да она и не умеет обижаться.

– Нет, – говорит, – настоящие друзья не ставят условий. Они просто помогут. Как помогли мне…

– В смысле?

– А куда, по твоему, делась Лида Шумилина? – с хитрой улыбкой спрашивает Нора.

Позже.

Остаток дня думал о разговоре. Чуть мозги не вывернул. Пока мать со своим садистом не вернулась, бродил по хате, зажав в кулаке колокольчик. Странно, но он не желал согреваться – так и остался холодным…

Нет, хрень полная, эти ее друзья.

Воображаемые приятели шизофренички, не иначе.

Но… Лида Шумилина пропала без вести год назад, вышла из дома, как пишут в газетах или в инете, и не вернулась. Предки у нее богатенькие буратины, говорят, полсостояния на поиски спустили – и без толку. В конце концов все решили, что ее убили, а тело спрятали так, что и за сто лет не найдешь. Или расчленили… Потом Шумилины уехали в другой город, и постепенно о них забыли.

А до этого она действительно прессовала Нору хуже, чем Егор прессует меня.

У баб фантазия на всякие подлянки не знает ни границ, ни пределов.

Не могли же эти ее воображаемые друзья…

Стоп, а если сама Нора Лидку и порешила? Она же крейзи, с нее станется. Блин, а колокольчик тогда ей нахрена?

В общем, еще какое-то время я мучил себя размышлениями, куда позволяю себя втянуть. Представим, что Нора – маньячка. И вот я прихожу в самое темное место города, а она там меня уже ждет и записывает мои пожелания…

Чушь полная. Откуда ей знать, куда я приду?

Короче, я бы мучился сомнения до второго пришествия, если бы не Илья.

Он пришел вечером без настроения (впрочем, как и всегда) и накинулся на меня. На этот раз ему не понравилось, что я с ним не разговариваю. Всё пошло по накатанной: сначала он ворчал, потом возмущался, потом начал орать и под конец замахнулся, чтобы ударить. Тем, кто никогда в жизни не встречался с такими людьми, трудно представить эту сцену. Но я твердо уяснил себе, что самым худшим видом садиста является домашний тиран.

Я молча слушал его вопли и думал, что сегодня вечером обязательно позвоню в колокольчик в самом темном месте города.

Позже.

Я сделал это.

Пришлось попотеть. И страху натерпелся на всю оставшуюся жизнь.

Еле дождался, пока мать и Илья затихнут в спальне. Потом еще подождал, пока они не заснут. Наконец, часу этак в первом ночи тихонько оделся и вышел из квартиры, как привидение.

Уже ни в чем не сомневался. Пусть будет паранойя вкупе с шизофренией – главное, нужно что-то делать.