Маг поддержки: тёмный старт.

А не поделишься конкретными цифрами?

— Стандартная компенсация... за среброкрового... погибшего в зоне боевых действий... пятьсот тысяч аур... А за погибшего носителя... два миллиона...

Я аж присвистнул:

— Хах, да с такими компенсациями впору самому инсценировать свою смерть.

А затем наклонился к отцу и внимательно посмотрел ему в глаза.

— Но это ведь ещё не все причины, правда? Я за один удачный аукцион поднял почти сотку, так что даже эти два миллиона, если дела пойдут удачно, мог бы окупить за несколько месяцев работы.

Давай, отец, рассказывай, не стесняйся. Юрист нескоро приедет, ему ещё нужно договора подготовить.

— Кределы... Мы давно с ними дружим... Их сын, Делвин, положил глаз на Элиссу... Сильно так положил... Обещали, что если мы сведём их, то получим протекцию рода Кределов... Ну и выдадим их первенца за своего внука... Гены там всяко получше, чем у тебя... Делвин — славный парень...

— Мдааа, вашей отмороженности нет предела. Слить собственного ребёнка и попросить чужого заделать вам внука, в котором по факту не будет и капли вашей крови.

Если до этого я ещё сомневался, не слишком ли жестоко с вами поступаю, то теперь начинаю думать, что наоборот, был слишком мягок.

Раздался звонок в дверь.

— О, а вот и юрист прибыл. Пойду открывать.

Войдя в комнату, мужичок в костюме ожидаемо подвис.

— Что тут... произошло?

— Не обращайте внимания, обычная семейная ссора, — сказал я. — Вы же знаете: мы, среброкровые, сильнее обычных людей, так что битой посудой у нас дело не ограничивается.

— Но видите ли... Если возникает подозрение, что подписание бумаг происходит по принуждению, то я вправе отказаться от участия и уйти. А если вы сами оформите и подпишете договор, то позже он может быть аннулирован с подачи пострадавших.

— Хах, да у вас на лбу написано, что вы ждёте, что я сейчас начну избивать родителей, рвать им ногти и требовать поставить подпись — если не чернилами, то кровью. Нет, я же не варвар какой. Если они заявят, что не хотят ничего подписывать, я просто уйду.

Можете меня самолично до выхода проводить. И даже готов написать расписку, по которой обязуюсь больше не появляться в этом доме и не притрагиваться ни к кому из них.

— И куда же вы уйдёте?

— Ну... Скажем, в прокуратуру. Написать заявление об организации налёта на магазин и покушения на мою персону. А учитывая, что магазин принадлежал самим организаторам, у нас тут ещё и страховое мошенничество. Вот видите: всё решаем в законном поле, никаких угроз и пыток.