Ускользающий город. Инициализация

– Не за того вы меня принимаете, – пробормотал Алан, думая, что если псих будет настаивать, придётся все же соглашаться.

Но Аримович лишь усмехнулся:

– Ага.

Он подогнал машину к прокопчённой гостинице, в запущенном облике которой угадывалась какая-то даже архитектура – не то Питер, не то Одесса.

– Это приехали?

– Это почти, – оскалил таксист львиноподобное лицо. – Вы не торопитесь, Алан Ерофеич, дверку я сам открою.

Аримович вышел, достал из багажника сумку, поправил задравшуюся кожаночку и, открыв пассажирскую дверь, отвесил страннику шутливый реверанс.

– Я провожу, – сказал таксист в ответ на протянутую за багажом руку. Тон не терпел возражений, и Алану оставалось только скрипнуть зубами и подчиниться.

«Не бить же человека Стомефи по морде», – оправдал он своё малодушие.

Аримович примчался к двери, облепленной костяной краской, и с силой дёрнул на себя. Посеревшие от пыли окна первого этажа завибрировали так, будто собрались лопнуть.

– Просим, – указав на хищный полумрак проёма, сказал Аримович и нырнул в него первым.

Изнутри гостиница ещё сохраняла бледный призрак приличия. Зелёные, будто наглаженные, обои плотно прилипали к ровным стенам, а к стенам в свою очередь прилипали бюрократические стулья с откидными сидениями. Бежевая плитка на полу была по-своему харизматична. С теряющегося в тенях потолка свисала люстра на пару десятков лампочек, из которых горело от силы три.

Аримович уже стоял, облокотившись о тусклый стол reception’а, и вовсю рядился с администратором.

– Мне кажется, здесь яснее некуда, – услышал Алан ядовитый говорок извозчика.

– Прошу прощения, это всё, что может предоставить Общество, – невозмутимо отвечал администратор. Лицо его тонуло в чернильных тенях, зато форменная одежда, в тон обоев тёмно-зелёная, едва не сияла от чистоты. Заприметив Алана, администратор учтиво кивнул: – Рад приветствовать.

– Попрошу не переводить тему, – ласково улыбнулся Аримович.

– Вас связать с менеджером?

– Лучше свяжите себя со Стомефи. Сто-ме-фи.

Администратор наощупь достал из-под стола плоский ключ без бирки и протянул его таксисту.

– Приношу искренние извинения. Если хотите занести произошедшее в книгу жалоб и предложений…

– Каменщики, – не слушая, сказал Аримович и рывком поднял с пола багаж Алана. – Готовы прощать и просить прощения хоть каждую минуту. Нам на шестой.

Они обошли ресепшн, завернули в тёмный коридорчик, где, пошарив стенам, отыскали кнопку вызова.