Последний год шахтарского общежития

– Тебе дали доступ в архивы?

– Нет, меня привели туда на поводке, чтобы я выгрузила тяжеленные стопки газет, а потом отправили обратно, – скривилась она. – Фрекен очень тщательно следила, чтобы я даже не смотрела, куда не следует. Надеюсь, это был первый шаг. В архиве полно работы…

– Не сомневаюсь, – рассеянно кивнул Эльдар, глядя на стопки рядом с архивариусом. – Вот эти газеты?

– Ага. Занесу в картотеку, проверю, что с ними всё в порядке, потом найду им какое-нибудь место. Возможно, им будет лучше в читальном зале, всё-таки они довольно старые.

– Зачем тогда доставать их из архива?

Надя пожала плечами. Она и сама задавалась этим вопросом, но ответа не придумала. Очевидно было, что Олимпиаде Васильевне кто-то это приказал. Наверное, тот же, с кем она согласовывала Надино назначение.

– Надежда! – раздался зычный голос из детского отдела. – Надежда, немедленно сюда!

– Вспомнишь солнышко… – пробормотала Надя, неохотно поднимаясь со стула. – Ладно, заодно скажу ей, чтобы забирала эти газеты в свой читальный зал.

Очередной выговор она пропустила мимо ушей: настроение и так было ниже некуда, и Фрекен это почувствовала. Пригрозив, что проверит чистоту взрослого отдела, она удалилась, оставляя Надю с очередью детей и их родителей. Работа снова закрутилась: книги, карточки, уборка бесконечной пыли. Надя понадеялась было, что Эльдар ей поможет, но того и след простыл, и с двумя потоками книг ей пришлось разбираться самой.

К концу дня она чувствовала себя закипающим чайником, и с радостью вернулась к монотонной работе со старыми газетами. Они хотя бы не задавали глупых вопросов и не лапали книги руками в мороженом. Пересчитав стопки глазами, Надя уже взяла недозаполненные карточки, но остановилась. Что-то было не так. Вернувшись к газетам, она снова пересчитала их, проводя по сгибам пальцем. Затем пересчитала ещё раз, поднимая каждую и сверяя дату на первой полосе. Так и есть: несколько выпусков еженедельных «Новостей Шахтара» исчезли.

– Эльдар! – она треснула кулаком по столу, понимая причину его внезапного исчезновения.

Кипящее внутри раздражение требовало пойти и надрать ему зад немедленно, но усилием воли Надя заставила себя сесть и сделать несколько вдохов и выдохов.