Последний год шахтарского общежития

– И чтобы никакой пыли в библиотеке! – прикрикнула она уже с лестницы, на что архивариус лишь усмехнулась.

– Теперь я знаю, что седина мне пойдёт, – посмеялась Надя вполголоса, ногой открывая дверь взрослого отдела. Природная рыжина скрылась под хлопьями пыли, как и цветы на платье, и веснушчатая светлая кожа. Девушка напоминала гипсовую статую, отсыревшую от слёз и соплей в области лица и погнувшуюся в пояснице. Со стоном распрямившись, она повернулась было к двери, чтобы пойти умыться, но резко остановилась, столкнувшись взглядом с парой удивлённых читателей.

– Может, вам помочь? – неловко поинтересовался парень, оглядывая Надино посеревшее платье.

– Спасибо, не надо. Эти газеты очень старые, – бесцветным голосом ответила она, отворачиваясь к своей работе и радуясь, что под пылью не видно пунцовое от стыда лицо.

– Мы тогда пойдём в читальный зал, – он подхватил под руку едва сдерживающую смех подружку и подтолкнул её к выходу. – Не будем вам мешать.

– Твою мать, – вздохнула Надя, как только закрылась дверь. – Хуже просто быть не может.

Бросив взгляд на стопки архивных газет, уже не вызывавших никакого интереса, она отправилась умываться. Тусклое освещение библиотечного туалета добавляло облику ещё больше серости. Даже тщательное вытряхивание пыли из волос и одежды не спасло ситуацию.

– Уже лучше, – сказала она сама себе, списывая покрасневшие и слезящиеся глаза на пыль. – Теперь пора работать.

Эти слова как будто призвали к ней работу: когда Надя вернулась, её уже ждали дети, рвавшиеся записаться в библиотеку. За ними потянулись подростки, из взрослого отдела звали пенсионеры, и на газеты почти не оставалось времени. Урывками девушка перетащила их за стойку, разложила и аккуратно очистила от пыли.

– Приветствую, – улыбнулся он, подходя к библиотекарской конторке и окидывая Надю взглядом. – Такой тяжёлый день, что седых волос прибавилось?

– Очень смешно, – покраснела она, но поспешила снова отряхнуть волосы. – Это всё архив. Там не убирались уже лет пять.

– Десять, с тех пор как закрыли, – поправил её юноша, но лицо его моментально стало серьёзным.