Город и море

Все равно это была ошибка. Ведь не может же быть, чтобы кто-то убил капитана. Как представить себе мир, в котором нет никого, кто помнил бы море?

Грегори

Микстура была горькой. Прошел весь день, а может, и часть ночи. Доктор поднес теплой воды, но и в ней Грегу мстилась полынная горечь.

Доктор был довольно молод, носил аккуратную бородку и круглые очки. Можно было бы подумать, что это не врач, а кто-то из потомков старых флотоводцев. Из Наследников. Но доктора выдавал костюм. Он был слегка великоват, а на локтях красовались аккуратные заплаты.

Грегори сел. Память отказывалась возвращать последние часы. Кажется, приходили офицеры патруля, о чем-то спрашивали. Что было потом?

– Помните что-нибудь?

Он попытался ответить, но горло саднило так, что оказалось легче просто помотать головой.

– Вы пролежали двое суток. У вас перелом двух ребер, многочисленные ушибы. Я подозреваю у вас пневмонию. Кроме того, легкое сотрясение и травма в затылочной области. Где вы ударились, тоже не помните?

Он снова качнул головой.

– Люди возмущены. Они хотят покарать виновного. Я боюсь, что другого виновного искать никто не будет. Вас видели возле капитанского дома и на причале. Да и нашли вас в двух шагах от места преступления.

– Я не… – прохрипел Грегори.

– Знаю, знаю. Поверьте, я слышал это множество раз. И в ситуациях, когда улик было гораздо больше. Но вас опознала кухарка. И на вашей одежде кровь Даниэля.

– Он тоже?..

– Он погиб первым. Вы и этого не помните? Вы вошли в дом. Заперли в трюме персонал, стали подниматься наверх. Возле камбуза столкнулись с Даниэлем, застрелили его…

– У меня нет пистолета.

– Пистолет нашли в кармане вашей шинели. Возможно, вы застрелили его не сразу, возможно, он сопротивлялся. Должно же быть объяснение вашим… травмам. Потом вы поднялись к капитану. Вы задушили его. Задушили подушкой. Старика, который никак не мог за себя постоять.

– Меня ударили.

– Травму вы могли получить, когда уже покинули капитанский дом, но до того, как вас нашли. Прошло достаточно времени, а вы были явно не в себе. Возможно, вашей болезнью объясняется и потеря памяти. Да и само преступление.

– Доктор, я этого не делал.

– Вы не помните.

Грегори действительно не помнил. Но он четко помнил другое. Темная маленькая тюрьма, вонючий воздух и холод. И невозможность выбраться. Бестолковая, странная судьба.