Город и море

А подсела она потому, что на этих самых боковых сидениях очень культурно, тихо и интеллигентно распивали коньяк из полулитровой бутылочки от пепси-колы два дагестанских суровых горца. Ребята (кажется, братья, или двоюродные) не виделись десять лет, а им тоже, к сожалению, достались места в разных вагонах, и они попросили у соседки возможности хоть часик посидеть-поговорить. Причем один из горцев был вежлив и улыбчив, на лице написано высшее (или хотя бы неоконченное высшее) образование. А второй был того самого прекрасного типажа, который известен нам по кинематографу.

И так бы оно все может, тихо, скромно и интеллигентно шло и дальше, и все бы спать легли вовремя, несмотря на сорок общающихся и бродящих по вагону детушек, если бы нелегкая не принесла в нашу крайнюю секцию еще одного товарища. Или, точней сказать, не товарища.

Но это выяснилось чуть позже.

Дядьке было около сорока пяти на вид, он интеллигентного впечатления не производил, но поначалу был вежлив.

Учуяв особым чутьем коньяк, он подсел на полку, занятую дитем с гаджетом. Правда, разрешение у присутствующих испросил и сидел с краешку, вроде, очередь в туалет занял. Пока сидел, поведал, что на материке не был полгода, а сам он – вахтовик. С севера на самолете летел…

«Ух и боюсь я этих самолетов! Страшно боюсь!».

Кто же знал, что не только боится, но и заблаговременно озаботился, чтобы весь рейс не бояться. Выжрав в одно рыльце с литр водки.

Сейчас-то он ничего такой был. Бритый, наодеколоненный и в рубашечке.

Беды ничто не предвещало.

Женщина, место которой занял один из горцев, с удовольствием поменялась с ним местами и ушла в соседний вагон. Счастливая.

Обрадованные джигиты на радостях предложили по капельке коньяка присутствующим (больше из той поллитровочки бы и не выдоилось), но мы с ростовским доктором отказались: я из-за уже употребленного пива, а доктор – по своим причинам. А дядинька-вахтовик согласился.

Дядьке не понадобилось и минуты, чтобы своих благодетелей обложить матюгами и обозвать макаками или даже похуже. Джигит, который совсем джигит, готов был его крепко стукнуть, но второй подхватил родственника под ручку и увел объяснять правила поведения на транспорте в тамбур.

Дядька, потеряв собеседников, переключился на нас.