Древнее китайское проклятие

– Все равно, – отрезал Илья. – Пусть даже так. А где его конь?

– Вот. – Гэндальф указал на «бумер».

– Это конь?

– Быстрее твоего, Илюша.

– А где его доспехи?

– Гм… Есть у него доспехи.

– А где оружие у него? Где шлем, наручи, где панцирь? Где щит и меч? – Илья почувствовал себя на коне и попер в атаку.

– Сергей, – обратился ко мне за поддержкой Гэндальф. – Ты-то какого молчишь?

– Э… – забормотал я. Спорить относительно сомнительной чести первому вызвать на бой Горыныча я не сбирался.

– Вот, – сказал Муромец. – Народ. Народ, между прочем, хочет самолично свою королевну вызволить, без всяких там. Василиса Прекрасная, она наша, а Сергей этот откуда взялся? У него даже отчества нету.

– Как это отчества нету? – возмутился я. – Сергей Сергеич я.

– Сергеич, – презрительно сказал Леха. – Что это за отчество для богатыря?

– Я сейчас не понял, – сказал я.

– Да я готов, – сказал Леха. – Давай разберемся.

– Стоп, – отрубил Муромец. – Это я вам как бригадир богатырский говорю, стоп. Что мы, не пацаны что ли, из-за бабы драки между собой устраивать?

На мой взгляд, для человека, еще пять минут назад не признававшего меня богатырем, это было несколько непоследовательное заявление, но я с ним согласился.

– Что предлагаешь? – спросил я, не обращая внимания на испепеляющий взгляд Гэндальфа.

– Чтобы все по чесноку было, – сказал Муромец.

– Давай по чесноку, – согласился я. – А это как?

– Мы первые приехали. Значит, нам первыми со Змеем биться. А уж не получится у нас, сложим мы свои буйны головы, тогда и ты подключайся.

– Не пойдет, – запротестовал Гэндальф.

– Заметано, – сказал я одновременно с ним.

– С Арагорном было проще договориться, – заметил Гэндальф.

– Я в герои не напрашивался, – стал возбухать я.

– Никто не напрашивается в герои, – резонно парировал Гэндальф. – Тем не менее кто-то должен делать и эту работу.

Если богатырям хочется попытать счастья в бою и сделать за меня мою работу, флаг им в руки и трехголового змея им навстречу. А я пока покурю.