Некорректный запрос

Но вскоре выяснилось, что она нажила себе непримиримого и пакостливого врага.

Через пару дней в студии побили стекла. Пострадал ее эркер, выходящий на канал, и в придачу пять соседских эркеров. Видимо, Руди или кого он там попросил это сделать, не разобрались, где ее окна, а где чужие, и решили действовать наверняка.

От заявления в полицию никакого толку: на камеры злоумышленники не попали, и пусть Шени сказала, кого подозревает, у Руди было алиби – он в это время занимался доставкой пиццы в другом районе города.

Привезла в студию антивандальные контейнеры, попрятала туда чашки – к счастью, уцелевшие. А назавтра потратила час на уборку: в разбитое окно зашвырнули пакет с дерьмом.

«Ах ты, мразь… Думаешь, я из-за тебя отсюда уйду? Это мой Элакуанкос, это тебя надо отсюда выкинуть...»

Вернувшейся с каникул Лаури она сказала, что занятие состоится в Кеодосе, хотя девочка просилась в студию – посмотреть на чашки с картинками.

– Сюда сейчас нельзя, потом объясню, – мрачно отрезала Шени.

Не хватало еще, чтобы в окно что-нибудь прилетело, когда здесь будет ее ученица.

В столице она первым делом отправилась в одно из своих любимых кафе. Давно сюда не заглядывала. Этнический деревянный шатер на крыше четырехэтажки, в кольце сверкающих стеклолитом высоток – как будто провалилась в сказочный хрустальный колодец.

– Шени, привет!

– Что?! – рявкнула она, разворачиваясь.

– Ждешь кого-то? – растерялся Найчем.

Ну конечно, откуда бы здесь взялся Руди, в рейсовом аэробусе его точно не было.

– Ой, извини, привет. Не поняла, что это ты. У меня проблемы, поэтому злая. Никого не жду, рада тебя видеть.

– Что за проблемы? – айтишник уселся за ее столик.

– Какие-то говнюки мне в студии окно побили, а у полиции записей нет, это же Элакуанкос.

– Чего другую студию не снимешь? Там же криминальное днище.

– Не хочу. Люблю этот город и это место. В полиции посоветовали силовые шторы поставить…

– В самый раз, тогда я тебе и отдам этот сертификат!

– Какой?.

– Нет, подарочный, на силовые шторы. Нам их на работе вручили от фирмы-клиента, а мне не нужен, у меня есть.

– Тебя не уволили? – обрадовалась Шени.

– Оттуда уволили, я теперь на другой работе. С твоей легкой руки, ты же мне картинку нарисовала. То-то говорят, если на Празднике Прощания разбить чашку, которую разрисовала ты, задуманное обязательно получится.