Фантазёр.

Она носила разные формы, от шестого пальца на руке до полного разрушения скелета, но самыми проблемными детьми оказывались «уроды» с повреждённым мозгом. Вот для подобных детей и были придуманы такие центры реабилитации, наверно это верное решение, и даже нужное, только как всегда находились нюансы.

Чему-то учить, в таких заведениях особо не стремились, да порой это было и невозможно, но самым мерзким оказалось то, что именно здесь и проводилось большинство опытов над несчастными калеками прикрываясь лицемерными байками о лечении, и скором успешном выздоровлении «детей с особенным развитием».

Если поначалу туда попадали только инфицированные дети, то потом стали принудительно забирать всех, кто вызывал какие-либо подозрения, и не только в психическом развитии, часто там оказывались члены подростковых банд, и просто ненужные родителям отпрыски.

В нашем учреждении, как, впрочем, и в других подобных местах, большинство детей проживали на постоянной основе и выйти за пределы «школы» они не могли, исключения составляли «спокойные», не заболевшие Конидом и имеющие родственников для ухода, в число таких "Индиго" входил и я.

В это заведение меня пристроила мама, дальновидно не отказавшаяся от своих материнских прав. Это же повредит её имиджу, так ей посоветовал её психолог с которым она часто проводила время, а вот у нас, она не показывалась уже лет пять.

Каждый день, перед посещением уроков меня ждал обязательный ритуал, выдуманный мною. Подходя к здоровенному Вязу, растущему около металлического забора, ограждающего заведение от любопытных глаз, я становился на одно колено и благодарил владыку природы за сохранение общего равновесия.

Прохожие давно не замечали всех моих странностей, их тут хватало на каждом шагу.

Люди ежедневно находили куски тел очередного бомжа или свисающие с веток кишки припозднившегося бедолаги. Также, модным фетишем стало насадить на палку голову бездомного ребёнка, и выставить на всеобщее обозрение, с каждым годом подобные перформансы становились всё масштабнее и изуверски ужаснее, на мир надвигалась суровая расплата за пренебрежение вековыми устоями, и потакание мракобесию.

Расплодившиеся секты последнего дня, заполонили все города страны, и по сравнению с массовыми сожжениями и кровавыми обрядами, моё «дуркование» никого не трогало. А меня, меня снова накрывало "виденье".