Записки Сновидящего

Мой гость моментально исчез. Ближайшее время ОС ему не светит. А мне нужно успеть защитить квартиру. И придётся увеличить время вечерних медитаций, а то уже незнакомым сантехникам дверь во сне открываю. Дожила. А уровень у этого гуру неплохой, но как глупо попался.

Нет, пожалуй не буду заводить себе секту. От ЧСВ одни проблемы.

Хранилище идей

Вы никогда не задумывались, что метро – это пещера? Да, там светло, как днём, залы отделаны мрамором и вокруг шум, гам, суета. Но эта суета и свет – всего лишь декорации.

В поезде, конечно, светло и тоже шумно. Но подсознание не обманешь. Оно-то знает правду: пещера, тёмная и сырая. 

Наверное, поэтому метро обычно снится мне в ужасающих вариантах. Схлопывающиеся тоннели, тесные тёмные вестибюли с каменным сводом, и поезда, больше похожие на тележки с американских горок. Нужно крепко держаться, чтобы не слететь с них.

Тогда был единственный раз, когда метро приснилось в своём обычном виде. Я шла по переходу среди людей и глазела по сторонам. Подошла, потыкала стену: на ощупь мрамор был холодным и твёрдым. Очень чётко простроенный сон. Интересно, к чему бы это?

Я спустилась на платформу и вместе с другими стала ожидать поезда.

– Эй, эмиссар! 

– Ну, чего тебе? – отозвался голос и сразу взял  свой обычный тон. На грани с хамством. Всегда удивляюсь, почему мне достался такой наглый экземпляр.

– Что сегодня с метро?

– Садись в поезд и узнаешь! – отозвался эмиссар.

– А если не сяду? 

– Тогда не узнаешь. 

Вот ведь вредное создание!

Тут из тоннеля показалась морда вполне обычного поезда: зубастая и с вытаращенными глазами. Интересно, как они до сих пор никого из пассажиров не покусали? Состав затормозил и открыл дверь. Только одну, передо мной. 

Похоже на приглашение.

Метро это пещера, связь с подсознанием, а железная дорога – транзит.

– Эмиссар, это опасно?

– Неее! Поезжай.

Карлос писал, что эмиссар не может врать. Правда, и не писал, что он может хамить. И кому теперь верить? Ладно, поехали.

Я вошла в вагон, и двери тут же захлопнулись, а поезд сорвался с места. Меня швырнуло в дальний конец вагона и приложило о стену, которая тут же спружинила, напоминая о сновиденной природе пространства.