Кокон

Шкрэк хотел сказать ему что-то, но тут траву раздвинуло тучное тело Ямбульского. Бергамота появилась следом, волоча по земле красный, отороченный змеиной кожей плащ. Она будто только теперь увидела Шмак-Кина и улыбалась приветливо, широко раскрыв синие глаза.

- Досточтимая, прекрасная Бергамота, помогите! – Шкрэк сжал ее тонкую лапку и упал на одно колено. – Помогите разгадать загадку. Цапля чахла, цапля сохла, цапля сдохла. От чего?! От чего она могла умереть?

- Чахла, сохла… От любви, конечно, мой Шкрэк. Только от любви, - она поцеловала его в широкий лоб и повернулась к Борбону.

– Ну а нам это не грозит, правда, дорогой?

- Я найду тебя в Мокро. Завтра же!

Они обнялись. Снова в последнем страстном поцелуе сплелись их языки. Оглядываясь, баронесса села на голубую крысу, и кавалькада двинулась по дороге к столице.

- Вот это лубоффь! – воскликнул Борбон, восторженно глядя ей вслед.

Солнце опустилось совсем низко, когда они добрались до ручья, текущего к Черепашьему озеру. Земля здесь была голой, лишь редкие травяные кочки ближе к воде, камни и сухие ветки.

Прямо на тропе исполинским чудищем возвышалось почерневшее от огня мертвое дерево, в красных лучах заката так похожее на тревожный знак Квак-Мор. Толстые извилистые корни, торчавшие над проходом, представлялись сплетением змей или еще более страшных, невиданных тварей. Но здесь был единственный путь к хижине отшельника – слева поднималась твердь отвесной скалы, справа ступени непреодолимой глинистой возвышенности с желтым тростником наверху.

- Валеска, я люблю тебя, - будто молитву негромко произнес Шкрэк.

- Раньше здесь так не было. Ветер не шипел так в тростнике. Будто змеи. Много змей, - Борбон поднял палку с острым концом, сожалея, что не одел сегодня брони из костяных пластин и не взял тяжелый топор. – Я захаживал сюда с воинством герцога Бербажа года три назад, но такого здесь не было. – Что молчишь, мой друг? – он тоже остановился у преградившего им дорогу бревна, повернулся к Шкрэку и увидел, как в его глазах щучьей чешуей сверкнул страх.

- Великий змей! – Шкрэк выхватил меч и отскочил с тропы.

- Мутные воды Мор! – Ямбульский замер – прыжках в десяти – пятнадцати, свившись кольцами, лежал уж истинно гигантских размеров. Оранжевые пятна у его головы казались осколками солнца, обжигающего ужасом до самого сердца.

- Бо, уходи! Я задержу его! Давай, Бо! Давай! Прыгай к ручью! Ты не должен погибнуть из-за меня!

- Сам убирайся, Шкрэк, - Борбон медленно поднял палку.