Привратник

Восстановился и снова засветился оранжевым выбитый глаз. Демон что-то «молча прорычал», вызвав в моей голове череду «картинок», подобных тем, что я вижу во сне, но других по содержанию.

«Свора собак. Грозный лай. Стук когтистых лап по камню»

Внезапно из портала за спиной демона стали выкатываться миньёны.

- Портал закрой, Антон!

- Не закрывается! - выдохнул парень продолжая настырно рубить рогатую голову. - В нём грёбанные крылья торчат!

А по комнате уже бегает два десятка тёмных комочков. Мы слаженно, не сговариваясь переместили удары на торчащие в портал растянутые кожаные шторы, которые по недоразумению, Антон поименовал крыльями.

Но монстру это не понравилось, он даже открыл голову, сосредоточив всю защиту именно на торчащих из спины лопастях. Похоже это его слабое место.

Миньёны разбрелись, но хозяину своему не помогают — слишком тупые. В их присутствии главное не двигать ногами, чтобы они думали, что натыкаются на мебель.

Наконец мне удалось полоснуть по крылу и в месте разрыва из него засиял свет.

В тот же момент горящие глаза демона окончательно сменили цвет с оранжевого на красный и в воздухе прокатилась неясная волна силы.

Миньёнов покоробило, вывернуло наизнанку, раздуло и они превратились в псов похожих на доберманов, только глаза горят, да из пасти капает жидкий огонь, прожигая в деревянном полу мелкие дырки.

- Гончие! - я уже видал похожих, но сильно издали, и ближе знакомиться как-то не охота.

Заехав ближайшему псу ногой по морде я выпрыгнул из зала призыва, благо был как-раз возле выхода.

Носок туфли задымился и в большой палец впилась огненная игла, но отвлекаться некогда. Я снова, словно наёмный охранник, загородил собой дверной проём, порывисто размахивая Сакурой, чтобы не выпустить псов из комнаты.

Антону повезло меньше, он стоял у дальней стены и чтобы выйти ему придётся обогнуть тушу демона. Честно говоря, я уже похоронил парня. Комната забита адскими гончими, какое к чертям «выйти»? Ему жить осталось секунду.

Сейчас эта свора кинется со всех сторон и конец.

Тем не менее гончие медлят. Окружили, рычат, угрожающе клацают челюстями, надвигаются прижимая загнанную жертву к стене, но не нападают. До Антона быстро дошло, что жрать его не собираются — он широко полоснул перед собой двуручником, скосив сразу двух псов и рванулся вперёд, прямо сквозь рычащую толпу.

Странно, но они его даже не покусали толком, пока он выбегал из комнаты с пентаграммой.