Музыка мертвых городов

— Ты кто? — ее брат повторяет ее же вопрос, обращаясь к Юре. — Ты кого привела, Даша?! Я же тебе запрещал без моего ведома приводить домой мужиков! Только я имею право решать, с кем тебе спать!

Хлесткий, неразличимый взгляду удар отправил его понежиться на полу, выплевывая обломки зубов. Даша вздрогнула, понимая, что ее не предали. Что Юра — не один из тех, кто ее унижал. Здесь происходило что-то еще... гораздо сложнее и страшнее.

И она задрожала еще сильнее. Этот человек пугал ее. Сейчас она видела то, что видели многие остальные — холодная, нечеловеческая расчетливость и безжалостность в безразличных глазах, неприкрытых защитой стекол, скрывающих их от мира.

Он умел и мог быть нежным — она знала это, но сейчас... сейчас ее глазам предстал кто-то другой. Не убийца — он не собирался убивать. И не маньяк — она не видела в нем наслаждения от того, что он делает. Он просто делал свою работу. Как мусорщик, который убирает каждое утро баки в их дворе. С долей отвращения и тремя долями усталости.

Юра достал телефон. Старая раскладушка с металлическим корпусом блеснула гранями, отвлекая от валяющегося братца с кровавой дырой вместо рта. Даша испуганно вжалась в стену, когда этот человек, только что с одного удара уложивший ее немалых размеров родственника, присел рядом с ней, протягивая этот атавизм. В серых глазах танцевали снежинки.

— Сейчас у тебя есть выбор. Последний твой выбор перед моим уходом, — он говорил размеренно и бесстрастно. — И ты должна решить.

— Что?.. — сбиваясь на слезы и всхлипы спросила она.

— Что я должна решить?..

Она обвела взглядом знакомый коридор, разукрашенный кровью и болью. Впервые за последние годы, это были не ее боль. И не ее унижение. Но от этого было особенно страшно. Ее брат валялся на полу рядом, он уже приходил в себя, но не в силах был даже подняться. В его глазах горела ненависть. Но в глазах парня, сидевшего напротив нее, не было ничего, кроме безразличия.

А Юра привычно достал сигарету и закурил.

— Пришла пора твоего выбора.

Ты станешь свободной. Или останешься вещью. Навсегда, — он хмыкнул и затянулся, выпуская клуб дыма в потолок.

— Но... Как ты это сделаешь?! — она всхлипнула еще раз, боясь поднять глаза выше.

— Это уже мои проблемы. Сейчас ты должна решить, — он еще раз затянулся. — Если ты выбираешь свободу — звони по тому номеру, что светится на экране. Если же нет — то я ухожу. И больше никогда не вернусь.

— Н-но...

— Никаких «но», Даша. Два варианта. Два выбора.