Боги осенью

Я несколько неуверенно встал на ноги.

А Геррик, положив меч на столик, поднес к лицу обе ладони уже знакомым мне жестом и сказал в синеватый туман, который вдруг затянул их внутреннюю поверхность:

- Объявляется всем!.. Я - Геррик Беттофол Старший, из Дома Герриков, наследственный лорд Алломара, чье право подтверждено вечным законом, член Императорского Совета, имеющий полный голос, владетель Гискарских гор и озера Натайико, объявляю для всеобщего сведения...

Дальнейших слов я не слышал. У меня, как на сдвинувшейся карусели, поплыла голова и, чтобы не упасть, я был вынужден схватиться за ближайшую стенку.

Тут же бухнула дверь на лестницу, послышались торопливые шаги в коридоре и в комнату ворвалась Алиса, разъяренная, как фурия.

- Что ты наделал?!

- Я посвятил его, - тихо, но с громадным достоинством сообщил Геррик.

- Ты прокричал об этом во всех Домах мира!..

- Таковы законы, и я не вправе их изменить. О посвящении должно быть объявлено.

- Геррик! Геррик!..

- Ты знаешь это не хуже меня.

Алиса разжала пальцы, и сумка, откуда высовывались молочные упаковки, шмякнулась на пол.

- Тенто тоже услышит твой голос, - безнадежно сказала она.

- Пусть слышит...

- Геррик! Геррик!.. Что ты наделал!..

И тут Геррик показал, что он действительно лорд и глава Дома. Он вздернул угловатый костяной подбородок и посмотрел на Алису точно из неимоверной дали.

- Я сделал то, что должен был сделать, - холодно сказал он. - А теперь ты сделай то, что по законам нашего Дома должна сделать женщина!

Алиса молчала.

- Ну?

В голосе звякнул металл.

Тогда Алиса обернулась ко мне и склонила голову.

- Приветствую тебя, отныне сражающийся... - негромко сказала она.

Ресницы ее подрагивали.

Так я стал воином.

А другое событие, еще более неожиданное, чем первое, произошло ближе к вечеру. После церемонии посвящения меня почему-то охватил приступ отупляющей слабости - пришлось лечь и провести почти три часа в постели. У меня по-прежнему плыла голова, а в груди вместо сердца была какая-то намокшая вата.

Кстати, Геррик находил это вполне естественным.

- Так и должно быть, - успокоил он меня, на мгновение прикоснувшись ко лбу. - Посвящение захватывает человека полностью. Зато потом у тебя будет прилив сил.

Правда, пока что прилив сил был лишь у него самого. Он как будто преисполнился энергией, не позволяющей ни на секунду оставаться в покое. Быстро ходил по квартире, брал и сразу же клал на место разные вещи. Включил телевизор и тут же, поморщившись, вновь его выключил.